Побеги древа Византийского. Книга вторая. На перекрёстках двадцатого века

Оставался всего лишь один день пребывания русских в школе немецкой инспекции, и неясно было, удастся ли им встретиться ещё раз.

Глава IV

На той стороне

Два усталых, одиноких волка —

мы бредём.

Под ногами – белая позёмка,

ночь кругом…

Где-то в переливах небосвода

есть звезда,

это наша главная свобода,

нам – туда…

Давит ночь, давно устало тело,

но – вперёд!

Там, вдали, звезда из Вифлеема,

знаю, – ждёт!

    Инна Костяковская

Внезапно наступившая тишина после двух дней суматохи и беготни, в течение которых они сидели в доме, насторожила Рудольфа.

Он вышел на безлюдную улицу Пскова, засыпанную снегом и будто застывшую в ожидании чего-то непредсказуемого и тревожного. Никаких приготовлений красногвардейцев к обороне города Рудольф не заметил; мало того – нигде не было ни солдат, ни матросов, ещё совсем недавно толпившихся повсюду.

«Неужели защитники покинули Псков?» – подумалось ему.

Со стороны вокзала донёсся, всё более нарастая, резкий звук скрипящего снега, заглушавший покашливание и позвякивание, исходившие от сотен идущих вместе людей.

Заскочив в дом, Рудольф стал внимательно наблюдать за происходящим через окно.

Из-за угла показалась колонна в знакомой форме.

«Уланы! – определил он. – Как славно!»

И вновь вышел наружу, крикнув, когда идущий впереди офицер поравнялся с ним:

– Привет уланам!

Офицер повернул голову и внимательно посмотрел в его сторону. Потом, не сбавляя шага, обернулся и что-то приказал идущему позади солдату, видимо ординарцу.

Тот подбежал к Рудольфу.

– Командир приказал узнать, откуда вы так хорошо знаете немецкий.

– Передай, что я лейтенант фон Краузе. Два года находился в плену у русских.

Солдат козырнул и вернулся к своему командиру. Колонна уже наполовину прошла мимо, когда ординарец вновь подбежал к Рудольфу.

– Господин лейтенант! Командир просит вас зайти к нему в штаб после того, как мы разместимся в одном из подходящих помещений.

– Да, интересную историю вы рассказали, лейтенант… Наверное, единственную в своём роде. Видимо, вам неплохо жилось в русском плену, если вы успели жениться, – командир германских улан улыбнулся. – Вы должны быть благодарны тому русскому офицеру. Согласитесь, он сделал для вас очень много.

– Жилось неплохо, – улыбнулся в ответ Рудольф. – А тому офицеру я буду благодарен до самого конца, он спас мне жизнь. Его сестра стала моей женой.