Побеги древа Византийского. Книга вторая. На перекрёстках двадцатого века

Иди воюй дальше! Ведь пока ты воевал за них, они у тебя всё отобрали. Всё, что твои отец, дед и прадед для тебя сохранили! Ты там героически рисковал жизнью, а я здесь пошла милостыню просить, хоть корку хлеба… для детей… Жена князя Комнина! Древний род, византийские императоры! Никто из этих новоявленных вождей даже и не вспомнил о твоей семье! Ты думаешь, они забудут, кто ты и из какого рода?.. Да никогда, не обольщайся! Тебе ещё припомнят твоё прошлое, несмотря на верную службу! Ну почему мы не уехали, как это сделали все?!

– Нам некуда ехать, здесь наша земля.

В армии сейчас сокращение, буду искать работу.

– Ну так иди и ищи!

С тех пор прошёл год. Михаил несколько раз устраивался то рабочим в типографию, то делопроизводителем, то заведующим складом. Но неизменно через два-три месяца бросал, психологически не выдерживая занятий, которые были не просто не по душе, а раздражали. В перерывах между поисками работы он коротал время за бутылкой, оправдываясь перед собой, что необходимо облегчить душу.

Домой старался заглядывать как можно реже: всё там напоминало ему о прошлом. Боялся, что не выдержит и застрелит кого-нибудь из новых соседей, несмотря на понимание, что эти люди ни в чём не виноваты.

Как-то вечером, незадолго до отхода ко сну, к Михаилу подошла Даша:

– Мишель, я давно хотела тебе сказать, но какая-то ложная гордость мешала мне это сделать… Ты прости меня за слова, которые я высказала в горячке.

– Что ты, Дашенька, я совсем не помню этого! Ты же знаешь, у меня есть привычка забывать плохое, – улыбнулся Михаил.

– Не хочу, чтобы между нами стояли какие-то обиды и недомолвки.

– И я не хочу, – Михаил обнял жену и поцеловал.

– Мама, сегодня мы по математике уравнения решали! Так здорово! Учительница сказала, что у меня всё хорошо получается.

– Знаешь, сынок, когда дело, которым человек занимается, ему нравится, оно всегда хорошо выходит.

Костик легко вписался в новую школу, его всё радовало, и новые друзья частенько появлялись у них в квартире.

Не без участия Николая, Даша устроилась в производственный отдел, и работа, которую она выполняла, давалась ей на удивление просто.

– Третий месяц в Москве, а всё никак не удаётся Димку навестить, – жаловался жене Михаил.

– Это, конечно, нехорошо. Ты обязательно должен выбрать время и навестить его. Он, вероятно, даже не знает, что мы теперь живём в столице.

– Откуда же ему знать? Надо найти его адрес, который он мне перед отъездом оставлял.