Заметки о войне за независимость Израиля

Куатли (Сирия), Аль Сауд и король Фарук I, этого совершенно не хотели, но антиеврейская риторика и сочувствие арабам Палестины было той общей точкой, которая позволяла собираться вместе.

Конечно риторика – это еще не война. Арабские лидеры все надеялись избежать войны, которая обещала мало преимуществ и много опасностей. Куатли и сирийское руководство в целом прекрасно знало недостатки сирийской армии, ну а уверенности о возможности скоординированных действий арабских государств вообще не было.

Египет и Саудовская Аравия стремились к войне еще меньше.

Премьер-министр Египта, Нукраши-паша, признавал превосходство иорданской армии как над египетскими, так и сирийскими войсками. Поэтому он и предложил ЛАГ в октябре 1947 года платить иорданской армии, и пусть воевала бы в Палестине именно она. Египет это устраивало, но для Куатли такое решение было бы кошмаром. Он был уверен, что следующей целью стала бы его страна. Поэтому так оказалось, что из всех арабских государств, Сирия была самым непреклонным сторонником общей войны с Израилем.

Президент Шукри аль-Куатли стремился воевать не ради панарабских представлений об арабском единстве или братстве, а для того, чтобы блокировать стремление короля Абдаллы от проведения в жизнь идеи Великой Сирии. Корпус генерала Глаба создавал достаточно оснований для беспокойства.

Куатли был уверен, что король Абдалла по-прежнему стремится к «Великой Сирии» и может попытаться воплотить ее в жизнь. Для начала он расширит свою территорию за счет арабской части Палестины, заработает политический капитал у арабских националистов, которых хватало в любой арабской стране, а затем ударом на север, непосредственно на Дамаск, захватит и Сирию.

Противопоставить ему будет нечего. Да и Абдалла своих стремлений, поддерживаемых Англией, особо и не скрывал. А вот в случае общеарабской войны, такой сценарий можно было предотвратить.

Когда Великобритания объявила, что в палестинском вопросе она доверится авторитету ООН, то арабские надежды на английское правительство, которое «никогда не согласится потерять Палестину», рухнули.

ЛАГ резко осудила решение о разделе Палестины.

В арабских странах всерьез началась «Война слов» – любимое восточное развлечение; каждая из стран утверждала, что именно она является истинным представителем арабизма и лучшие других может защитить интересы палестинцев в то время, как другие руководствуются гнусными интригами и мелкой корыстью.