Ник: Ученик мага. Стихийник. Админ (сборник)

Балаватх неожиданно почувствовал, что ничем хорошим происшествие не закончится. Весь план общения с Ником, судя по всему, пошел насмарку.

– Так значит, этого идиота зовут Рамаса? – флегматичным голосом, чуть растягивая слова, спросил Ник. Балаватх посмотрел на него. Лицо гостя выглядело абсолютно безмятежным, словно тот не понимал, какие сгущаются тучи. Рамаса-то явно напрашивается на драку. А он, как хорошо знал Балаватх, опытный маг-дуэлянт. Немало противников вернул обратно в изначальную лаву.

– Я приношу официальные извинения от имени посольства и от своего имени, – сказал Балаватх, пытаясь замять скандал в самом начале. – Уверяю тебя, он будет наказан. – Демон, однако, сам был не слишком уверен, что удастся заставить посла владыки наказать мерзавца. А не наказать? Как потом объяснять, что наемники не отморозки, если даже на торжественном приеме, организованном самой Лигой, в отношении гостя, тем более женщины, было позволено случиться такому инциденту? Балаватх задергался, не зная, что предпринять.

Ник тем временем со скучающим видом посмотрел на свои ногти.

– Этого недостаточно, – спокойно сообщил он в ответ на слова главного аналитика Лиги.

Как ни странно, это успокоило Балаватха. Похоже, теперь от него развитие событий не зависит. Осталось лишь с интересом наблюдать, что будет дальше. А Ник, не дождавшись реакции на свои слова, продолжил резким громким официальным и очень холодным тоном:

– Этот поганец оскорбил сопровождаемую мною девушку, а значит, и меня.

 – Он пошевелил пальцами. – Его возможные извинения меня не устроят.

– Да что вы его слушаете, – возмущенно воскликнул Рамаса. Он знал, что одно дело – стычка и последующая дуэль между бойцами, а другое – оскорбление женщины. У демонов вообще рождалось не так много детей, причем девочек всегда было меньше, чем мальчиков. Своих женщин трехглазые очень берегли. Оскорбивший одну из них сразу становился изгоем в своем клане и терял право на имя и защиту.

А родственники женщины обязательно начинали охоту на наглеца. Причем этикет демонов позволял убить охальника не только в ходе честной дуэли. Гномка, конечно, совсем другая «статья», но все же… Стоит признаться в оскорблении женщины – и неприятности обеспечены, никакие родственники не спасут. Рамаса, однако, тут же замолчал под гневным взглядом Балаватха.