Сашка

Однажды, в подходящее время, когда бабка хлопотала в доме, они осматривали её грядки.

– Поживиться нечем, – сказал Сашка.

– Дурак, ещё не выросло ничего, – ответил Вовка. – Хотя морковку можно поискать…

Задача была определена, и братья взялись за дело: стали выдёргивать овощ, с намерением похрустеть. Но попадались лишь жёлтые ниточки, и мальчишки с презрением возвращали их обратно. Таким образом, пройдены были три грядки. Урожай собрали скудный – всего семь морковок с мизинец. В дырку в заборе пролез Вовкин приятель; он присел на землю и угощался овощем, предложенный ему Вовкой.

Он первый и приметил Еремеиху, которая, спрыгнув с крыльца, метнулась к ним. Мальчишки бросились к лестнице, прислоненной к крыше, а Василиса заорала:

– Ефим, глянь, огород погубили!

Ефим потопал к лестнице, в руке держа голенище. Но Вовка, как кошка, забрался по ступенькам на крышу, за ним – друг его. Только Сашка прыгал у лестницы, потому что отсутствовала нижняя перекладина. Когда же ухватился он за вторую перекладину, подбежавший дед голенищем сбил его на землю.

Ещё миг, и он станет, как думал Сашка, бить его сапогами. Он видел злое лицо Ефима, и слышал стук листового железа под босыми ногами. Получив удар под зад, он упал на бок, но вскочил и побежал по огороду. За ним, прерывисто дыша, топал дед. «Через забор не перелезть, – мелькнуло в Сашкиной голове, – буду петлять». Продираясь сквозь колючие кусты малины, он чуть не попал в яму с водой, доской прикрытую. Перепрыгнув через гнилую доску, он споткнулся, упал, и приготовился к побоям, но услышал, как что-то треснуло, потом булькнуло. Сашка, посмотрев, понял и закричал:

– Деда тонет!

На крыше засмеялись. Подбежала к яме Василиса. Она наклонила к колодцу ветвь куста малины:

– Держи, старик! Саня, скорей принеси верёвку! Она в сарайчике…– закричала.

Сашка сбегал за верёвкой. Из ямы – колодца для полива – показалась голова Ефима. Рыкнув, он уставился на внука. Сашка отбежал и прокричал:

– Знал бы, что злой вылезешь, не принёс бы верёвку.

– Сгинь! – заревел Ефим.

– Булькал бы в вонючем колодце! – добавил Сашка и дал дёру.

– Вовка! – закричала из-за забора Агафья Кирилловна. – Быстро домой, куда ты влез!

– А ты, ведьма, – завопила Василиса, – выродков придержи, чуть Ефима не потопили!

– Тебя бы утопить за поганый язык, – ответила Агафья Кирилловна, чувствуя на душе камень от слов сватьи, намекающие на дочь Ксению.

– Ведьма! – не унималась Василиса.