Пири против Кука. Полярный детектив длиною в столетие

) над морем на расстоянии сотни миль от края внутреннего льда находился в мелком бассейне, наполненном снегом… У нас оставалось на шесть дней запасов, и так как я не был уверен относительно перемен, происшедших в нижней части внутреннего льда во время нашего отсутствия, то решил возвращаться» (Пири, 1906, с. 52–54). Однако едва ли подобное объяснение причин возвращения способно удовлетворить более или менее опытного полярника – дело, очевидно, в другом. Планирование маршрута с самого начала оказалось крайне неудачным, поскольку до намеченной цели – нунатака (скалы) Петерманна – была пройдена лишь пятая часть пути.

На обратном пути, учитывая постоянство стоковых ветров[3 - Стоковый ветер – нисходящий ветер, направленный вниз по склону и обусловленный выхолаживанием поверхности склона.] как по силе, так и направлению, Пири решил воспользоваться парусом. Сани соединили вместе, оборудовав соответствующими такелажем и рангоутом, и этот шаг немало способствовал быстрому спуску по ледниковому покрову.

Пири опасался небезопасных изменений в нижней части ледника, тем более вблизи края ледника, где сказывалось влияние подстилающего рельефа, и не напрасно.

«Все выдающиеся черты были теми же самыми, что и три недели тому назад, но эти три недели полярного лета превратили каждый дюйм поверхности в твердый, блещущий, маслянистый голубой лед… Трещины, через которые мы раньше скакали, были теперь непроходимыми пропастями… Жара в долине, даже в этот ранний час, угнетала нас, привыкших к атмосфере внутреннего льда, и, когда мы достигли палатки, я нес почти всю свою одежду…» (Пири, 1906, с. 60)

На этом знакомство Пири с ледниковым покровом Гренландии завершилось. Дальнейшее полуторамесячное бродяжничество по побережью и островам бухты Диско не привело ни к научным открытиям, для которых он не имел необходимой подготовки, ни к приумножению полярного опыта.

Нильс Адольф Эрик Норденшельд

6 сентября Пири покинул Гренландию, где началась его бурная полярная карьера, оставившая в памяти потомков самые разноречивые оценки.

Свой первый полярный опыт сам он оценил так. «Достиг наивысшей точки внутреннего льда (ничего подобного, если сравнить с современной картой Гренландии. – Авт.).

Проник дальше, чем какой-либо другой белый человек до сих пор (если не считать участников отряда Норденшельда в 1883 году. – Авт.). Определил главные особенности внутреннего льда от края до внутренности (это уже было сделано ранее Йенсеном и Норденшельдом. – Авт.).