Воин аквилы

Бывало, когда Корнелия приглашала своих друзей к себе в гости, её отец подолгу рассказывал им всем о даках. О диких, сильных северных воинах, которых ему доводилось не раз видеть лично и с которыми, к слову, Риму было очень непросто воевать. А тем временем мысленные частички пламенных памятных очертаний в голове мальчишки, потихонечку догорев, утихли, одновременно пропустив ещё и через себя всё яркое обозрение городского представления. Вечер неумолимо приближался, а вместе с ним уже яро виделся и обратный путь домой, которому Владиус и Максиан, вполне насытившись увиденным праздничным действом, и не думали перечить.

Попрощавшись с Юлием и Корнелией, решившими остаться на празднике ещё на какое-то время, два верных друга, недолго думая, в обход шумной и многолюдной толпы направились прямиком к раскинувшимся на окраине крепости-поселения полям и нагорьям, тем самым пусть и ненамного удлиняя свой путь, но зато двигаясь в благой тишине. С юрким порывом и душевной весёлой лёгкостью преодолев необходимое расстояние, Владиус и Максиан, подходя к своим домам, уже начали было потихонечку прощаться, как вдруг позади отчётливо и едновременно услышали шум, доносящийся от трения и лязганья доспехов, разбавленный лошадиным ржанием и топотом. С мгновенно подступившим в юные сердца диким захватывающим интересом мальчишки быстро повернулись, тотчас узрели перед своими видавшими ещё не столь много живого разнообразия глазами мирно шагающую небольшую колонну солдат и чуть в отдалении – дюжину спешившихся всадников. Пристально вглядываясь в очертания воинов, Владиус вдруг заметил, как вдалеке один конник из той доброй дюжины спешившихся кавалеристов что-то очень громко скомандовал всем остальным и затем, выйдя из отряда и медленно увлекая за собой запыхавшегося коня, направился в ту самую сторону, где находился сам юноша вместе с другом. За то время, пока шёл навстречу мальчишкам спешившийся конник, Владиус хорошенечко смог его рассмотреть. Это был одетый в мускулистый панцирь и венчающий голову аттический шлем с изящным гребнем воин чуть выше среднего роста, широкоплечий, с прямой властной осанкой. Умеренные шаги выдавали в нём долгую военную римскую выучку. По мере приближения всадника Владиус также заметил, что тело воина было покрыто многочисленными шрамами, явно оставленными от глубоких ран. Лицо виделось загорелым и уставшим от тягот.