Зенитная цитадель. «Не тронь меня!»

За кульманами и чертежными досками рождалось то, что должно было стать плавучей зенитной батареей. Рождалось, как и положено, в муках. Бутаков стал свидетелем жаркого спора главного инженера завода Кривчика и главного строителя плавбатареи Лозенко, где быть главному командному пункту: на верхней палубе или под палубой.

«Данные о воздушной обстановке будут поступать от радарной установки по радио, будут наноситься на планшет, а находиться сам планшет и люди, управляющие боем, должны в спокойной обстановке.

Во всяком случае, укрытые от осколков. Это дело новое, и его, Феликс Иванович, надо понять», – напористо говорил Лозенко.

Кривчик, среднего роста брюнет, в белой рубашке с закатанными выше локтей рукавами, резко возражал: «Да вот стараюсь вас понять, но не могу! Какое управление по радио? Корабль, «Квадрат» этот, в море, за десяток миль, и его атакуют самолеты. Его атакуют, понимаете? Какое тут радио? Надо, товарищ Лозенко, все учесть, а не только то, что будет он стоять на своих якорях как наблюдательный пост и докладывать, куда и как идут немецкие самолеты.

На войне сторонних наблюдателей нет! «Квадрат» будут бомбить, будут стараться потопить, а значит, самолеты врага будут летать над самим объектом. Какое ж тут радио?! Мы и от голоса, от команды не всегда еще четко вести бой умеем. Командный пункт должен сам все видеть, а значит, должен быть наверху».

Бутаков слушал, посасывал пустую трубку.

Задумался. Действительно, кто же прав? Работать планшетистам на верхней палубе нельзя, а под палубой командир ничего не увидит… Бой с воздушным противником – особый бой.

В спор включились двое специалистов зенитных устройств. Точнее, они не спорили, а неторопливо, обстоятельно изложили суть, основы современных требований для корабельных пунктов противовоздушной обороны.

После недолгого обсуждения приняли решение: ГКП разместить под палубой и передать ему функции общего и главным образом контроля дальней воздушной обстановки, контроль проходящих мимо «Квадрата» целей, а в боевой рубке и на мостике иметь все необходимое для управления боем в ближнем бою, при непосредственной атаке «Квадрата» самолетами.

В КБ было душно. Задернутые светлые шторы спасали от прямых лучей южного солнца, но уж никак не спасали от духоты. Бутаков вытер шею и лицо платком.