Заветы Ильича. Сим победиши

 Смидович – всего 12 человек из более чем ста членов комитета[57 - См.: Высылка вместо расстрела. Депортация интеллигенции в документах ВЧК – ГПУ. 1921–1923. М., 2005. С. 188.].

При обсуждении этого вопроса на заседании Политбюро ЦК 12 июля Семашко высказал опасение, что при таком составе Помгола антисоветские элементы могут использовать его в своих целях. Но Ленин ответил ему: «Милая моя Семашко! Не капризничай, душечка!.. Вы в “ячейке” коммунистов и не зевайте, блюдите сие строго»[58 - Ленин В. И. Полн.

собр. соч. Т. 53. С. 24.].

Однако опасения Семашко оправдались. Первое заседание Помгола состоялось 21 июля в Белом зале Моссовета. Открыл его Каменев. Комитету ассигновали более полумиллиарда рублей, предоставили особняк в центре Москвы в районе Арбата (Собачья площадка), право выпуска собственного печатного органа. Но поскольку основная масса членов комитета была более чем загружена по основным местам работы, то (как это часто случается в общественных организациях) фактическое руководство сразу же попыталось взять на себя группа «более свободных» общественных деятелей.

Председателя Каменева стал подменять один из основателей кадетской партии, председатель II Государственной думы Федор Александрович Головин, а также «троица» – Прокопович, Кускова, Кишкин и еще несколько человек[59 - См.: Высылка вместо расстрела. С. 139.], что сразу же дало повод острословам назвать комитет – «Прокукиш» или еще проще – «Кукиш».

Декларация, зачитанная Кишкиным, а позднее доклад профессора МВТУ В.

 И. Ясинского прежде всего ставили вопрос о «положении комитета среди ряда правительственных организаций». Эта группа полагала, что ни масштабы бедствия, ни размеры государственных запасов еще не выяснены, а посему представителей Помгола необходимо делегировать во все советские центральные учреждения, заслушать их отчеты и вынести все выявленные проблемы «на главное обсуждение общественных кругов»[60 - См.: Высылка вместо расстрела. С. 394, 395.].

Предполагалось также повсеместное создание отделений комитета с самыми широкими контрольными функциями, что, по мнению А.

 Ф. Головина, должно было доказать, что «В.К.П.Г. есть общественная организация, сплотившая лучшие силы государства и имеющая как в центре, так и на местах мощные аппараты»[61 - Там же. С. 141.].

Вся эта подготовительная работа, считал Ясинский, потребует «значительного труда и времени от активных членов Комитета»[62 - Там же. С. 396.