Морена-2. Золото партии

Сейчас на дворе ХХI век – и потому генеральный директор может обедать в том же ресторане, что и клерк, и это считается нормальным. Нормальным считается приезжать на работу на велосипеде или приходить пешком – сейчас никто из капитанов финансового мира не садится в «Роллс-Ройс», чтобы отъехать на обед в одном из лучших ресторанов Лондона, да еще оплаченный за счет акционеров – его просто не поймут. Берег Темзы тоже заполнен клерками, но пониже рангом, они поглощают еду на вынос, но часто приготовленную в тех же ресторанах – просто на вынос дешевле.

Все общаются, договариваются о чем-то… она вдруг поняла, что скучает по атмосфере Сити, как скучает по Аргентине. Единственное место, по которому она не скучала – была ее родная Одесса.

МакКлюр взял телефон после третьего гудка, увидев Элис на экране, он сильно удивился.

– Элис… господи, откуда ты? Мы тебя потеряли.

– Гэри…

– Я не говорил тебе… мне очень жаль… то, что произошло с Дэвидом это безумие… нас всех это сильно подкосило.

– Гэри… спасибо, я сейчас в Лихтенштейне.

– Ты перешла на работу туда? Ради Бога, Элис…

– Нет, дело не в этом. Ты знаешь о том, что Дэвид оформил завещание?

– Да, Дэвид говорил мне. Он готов был на все, чтобы ничего не досталось его бывшей жене.

– Он мне передал ключ через своего адвоката. Ключ от своей ячейки в Лихтенштейне. Я сейчас пытаюсь открыть его ячейку. Но они не верят что я – Элис Фишер и что мне можно доверять. Ты не мог бы подтвердить…

Она умоляюще смотрела на экран.

Гэри МакКлюр медленно кивнул

– Передай им трубку.

Все нормально, господа. Я знаю эту леди. Все нормально…

* * *

После того, как ее опознал Гэри МакКлюр, лихтенштейнские банкиры удалились на очередное совещание и совещались еще часа два. Солнце клонилось за горы, время подходило уже к вечеру. Наконец, в комнате, где она ждала, появилась целая делегация.

– Мадам, – дородный, представительный мужчина склонил голову, – я – Дариус Мюллер, вице-президент банка.

– Очень приятно, – немного нервно ответила она, – в чем дело? Почему вы заставили меня так долго ждать?

– Прошу прощения, мадам, – по тону Мюллера она вдруг поняла, что с ней обращаются как с особо важной персоной, – просто характер вклада, который был сделан в наш банк… таков, что мы вынуждены прибегать к особым мерам предосторожности.

Мы не можем раскрывать его характер пришедшему с улицы постороннему, извините, мадам. А документы сейчас… но если вас знает сам мистер МакКлюр, то вероятно, все в порядке.