За рубежом и на Москве

 – Ты только подумай, где ты воеводить будешь? В таком крае, откуда в Москву ни одна жалоба не придет. Ведь это чуть ли не на краю света. Одна Сибирь только дальше-то. Да к тому же в Казани воеводой мой большой дружок сидит. Он на все, что ты там творить будешь, сквозь пальцы будет смотреть.

Доводы подействовали на Курослепова, и он в тот же вечер засел за писанье следующей челобитной:

«Великому государю, и царю, и великому князю всея Руссии и многих земель отчичу и дедичу обладателю холопишка Авдейка Курослепов бьет челом.

Слезно прошу тебя, великий государь, приказать меня пожаловать за мою многую службишку тебе воеводством. В прошлых летах был я, Авдейка, по твоему, великого государя, приказу во многих походах и со шведами и с поляками воевал. И в той, со шведами, войне глаза лишился, и спина не может, и поныне не могу тебе, государю, походную службу править. И бью тебе ныне челом, прикажи меня от прежней службы отставить и за многие ратные труды мои пожаловать великим жалованьем и пошли куда-нибудь на воеводство.

А в том, что я, холоп твой Авдейка, правду говорю, у меня и послух есть».

XI

На другой день Курослепов поднялся рано и, усердно помолившись пред иконами, пошел в приказ.

Старшего приказного дьяка он скоро нашел.

– По какому делу? – спросил тот, пронизывая Курослепова своими маленькими, хитрыми глазками.

– Да челобитьишко подать, – ответил Курослепов, – на воеводство.

– У нас одно воеводство осталось, – ответил дьяк.

 – В Казанской земле город Свияжск есть. Да недешево будет стоить воеводство это.

– А какая цена у вас по росписи?

– Да роспись что? – пренебрежительно ответил дьяк. – Когда много воеводств есть, тогда мы по росписи, а теперь лишь одно воеводство впусте осталось – ну и цена на него особливая.

– А какая цена ему будет?

– Тысяча рублев.

– Побойся Бога, дьяк! – сказал, махая руками, Курослепов. – Да когда же такие цены были? Ведь это не Смоленск или не Новгород, чтобы тысячу рублев брать.

Уступи хоть что-нибудь! Когда такие деньги на воеводстве соберешь? Да и городишко-то твой так себе.

– Ну, умеючи-то понасобрать скоро можно. А что город плох, так ты этого не говори. Там народ все безответный – чуваши да черемисы – бери с них что хочешь.

– Да все же уступить надоть, дьяк.

Начался торг – и через некоторое время свияжское воеводство досталось Курослепову за восемьсот рублей.