Долина Дюн

Повернувшись к Альберику и Фальку, Роджер сказал:

– Вы оставили её без присмотра. Я разберусь с вами позже.

Он отвёл пленницу обратно в шатёр и бросил её на соломенный тюфяк. Не дав ей отдышаться, сорвал с неё плащ и, схватив за плечи, несильно встряхнул.

– У нас с тобой был уговор, девушка, – холодно произнёс он. – И я тебя не отпускал. Какого чёрта ты хотела сбежать?

– Герцог же уехал! – Её глаза влажно заблестели. – И люди говорят, что после Домфрона все поедут в Арк. А я не хочу туда!

– Я тебе говорил, что ты едешь в Арк, Летиция?

– Н-нет…

– Ты могла бы спросить у меня, но не стала этого делать, – сурово произнёс он.

– Что теперь со мной будет, мессир? – Летиция кусала нижнюю губу. Кончик её носа покраснел от подступающих слёз.

– Пока ничего, – он отстранился. Чувствовал, как начинает болеть голова.

– Я останусь жить с вами? Как непорядочная девушка? На мне теперь никто не женится, мессир…

Она вновь начала плакать. Не в силах смотреть на её слёзы, Роджер достал из дорожного сундука мягкий плетёный пояс и связал ей запястья.

Не произнеся больше ни слова, вышел из шатра, где его ожидали Фальк с Альбериком. Если Вильгельм уехал, то дисциплина должна оставаться на месте.

Глава VI

О чём мечтает рыцарь

Нормандия, январь 1052 года

Вильгельм вернулся, когда морозы ненадолго отступили. Роджер с Гийомом сидели на походных стульях в шатре Анри, который с жадностью уплетал свежий хлеб и жареную птицу. В перерывах делился новостями, вместе с едой проглатывая окончания слов.

Гийом, поднял обе руки вверх и велел тому сначала доесть, а потом рассказывать, иначе так можно подавиться и лишить собравшихся интересного повествования. У выхода из шатра расположились воины, и молодой Анри невольно приосанился, чувствуя себя центром всеобщего внимания. Наконец, он доел, осушил кубок разбавленного водой вина, велел зажечь больше свечей и приступил к рассказу:

– В Алансоне тоже знали, что мы придём. Не было никакой внезапности, как рассчитывал Вильгельм! За стенами крепости укрылись все, кто только мог.

Когда мы подошли, то предложили сдаться добровольно. Герцог сказал, что отпустит каждого и не причинит ему никакого ущерба. Но потом такое началось…

– Да не томи уже! – Гийом нетерпеливо барабанил пальцами по своему колену. – А то меня удар хватит от нетерпения.

– Так вот, – торопливо продолжил Анри, – люди высыпали на крепостную стену и начали смеяться.