Великие завоеватели

В том, что именно у этого полководца были все основания для того, чтобы стать организатором возможного заговора против Александра, сыщика убеждало сразу несколько фактов. Во-первых, Антипатр резко отрицательно относился к желанию царя провозгласить себя богом (а мы уже знаем на примерах Каллисфена и Клита, как тот расправлялся с теми, кто противился его желаниям). Во-вторых, мать Александра, Олимпиада, женщина эксцентричная и взбалмошная, постоянно жаловалась сыну, обвиняя наместника в измене и в своей ссылке. Эти жалобы подогревали и без того не лучшее отношение царя к старому полководцу.

И весной 323 года до н. э., отправляя в Македонию десять тысяч ветеранов, не годных к службе, Александр приказал возглавлявшему их полководцу Кратеру сменить Антипатра на посту наместника. Тому же было велено явиться в Вавилон во главе молодых македонцев. Но, как это часто бывает, прежде царского посланника до наместника дошел слух, что якобы Кратер сначала должен его убить, а затем занять освободившееся место. Мудрый Антипатр понял, что перед ним встал вопрос: кто кого быстрее успеет устранить – он царя или царь его? И начал мгновенно действовать, отправив ко двору Александра своих сыновей – Кассандра, Филиппа и Иолая. Сам же под благовидными предлогами стал оттягивать свое прибытие в царскую ставку.

Согласно некоторым античным источникам, именно Кассандр доставил в копыте своего мула коробочку с ядом[13 - С. Фишер-Фабиан указывает, что яд находился «в железной банке, спрятанной в копыте осла».

], которым вскоре и был отравлен Александр. Затем он передал ее своему брату Иолаю, царскому виночерпию. Именно он является ключевой фигурой в деле об отравлении. Оказывается, это Иолай познакомил царя, пребывавшего в немыслимой печали после кончины Гефестиона, с фессалийцем Медием, который быстро заменил ему умершего любовника. Дальнейшее нам уже известно: на очередном пиршестве у Медия Иолай наполняет кубок Александра и, предварительно налив из него немного на ладонь, пробует вино, а затем подает его царю. Тот выпивает его большими глотками, но вдруг издает стон, прижимает кулаки к животу и опускается на пол. Казалось бы, все признаки отравления налицо. Но, проанализировав совместно с крупнейшим историком античности Элизабет Карни, историком медицины Робертом Арноттом и токсикологом Лео Шелом все обстоятельства и взвесив улики, сыщик Грив не нашел их убедительными. И вот почему.

Оказалось, что убийство царя не решало проблем престарелого наместника.