Великие завоеватели

Среди них была его дочь по имени Роксана, отличающаяся исключительной красотой и редким у варваров изяществом облика. Хотя Роксана вошла вместе со специально отобранными красавицами, она привлекла к себе внимание всех, особенно царя, невоздержанного в своих страстях благодаря покровительству Фортуны, против чего не может устоять ни один из смертных. В свое время Александр с отцовским чувством любовался женой Дария и его двумя дочерьми – девушками, по красоте ни с кем, кроме Роксаны, не сравнимыми.

Теперь же он воспылал любовью к девушке совсем не знатной, если сравнить ее происхождение с царским. Александр сказал, что для укрепления власти нужен брачный союз персов и македонян: только таким путем можно преодолеть чувство стыда побежденных и надменность победителей. Ведь Ахилл, от которого Александр ведет свое происхождение, тоже вступил в связь с пленницей. Пусть не думают, что он хочет опозорить Роксану: он намерен вступить с ней в законный брак. Отец девушки в восторге от неожиданного счастья слушал слова Александра. А царь в пылу страсти приказывает принести по обычаю предков хлеб: это было у македонцев священнейшим залогом брака. Хлеб разрезали мечом пополам, и Александр с Роксаной его отведали… Таким образом, царь Азии и Европы взял себе в жены девушку, приведенную для увеселения на пиру, с тем, чтобы от нее родился тот, кто будет повелевать победителями».

Плутарх же помимо указания на то, что брак Александра с Роксаной был заключен «по любви», сообщал еще и об отношении к нему со стороны царского окружения.

В частности, он писал: «Из его [Александра] ближайших друзей Гефестион одобрял его поведение и так же, как он, изменил свой образ жизни». Для непосвященного эта фраза мало о чем говорила, а вот биографы Александра хорошо понимали, о каком «поведении» и «образе жизни» шла речь. Дело в том, что до брака с Роксаной у македонского царя были любовные отношения не только с представителями прекрасного, но и сильного пола. И, судя по высказываниям древних авторов, именно Гефестион занимал первое место в числе его любовников. К примеру, Курций Руф писал о нем: «Это был самый любимый из друзей царя, выросший вместе с ним, поверенный всех его тайн, имевший больше других право подавать советы царю». Вторя ему, другой античный историк, Юстин, уточняет: «Сначала он был дорог царю юношеской своей красотой, а потом своими заслугами».