Загадки истории. Маршалы и сподвижники Наполеона

И далее: «Ему нужно было поднять их боевой дух, вдохнуть веру в возможность продолжения борьбы, чтобы они сражались, позабыв о неудачах 1812 года. И одним из таких шагов, имевших глубокое психологическое значение, было пожалование Мишеля Нея титулом князя Москворецкого».

С этим утверждением можно согласиться лишь отчасти. То, что эта награда задокументирована 25 марта 1813 года, вовсе не означает, что Наполеон не объявил о пожаловании титула Нею в сентябре 1812 года. Кроме того, подписывая этот патент через три месяца после окончания русского похода, император, по всей видимости, не только хотел «вдохнуть веру в возможность продолжения борьбы», но и по достоинству наградить маршала за его второй подвиг, совершенный в ноябре 1812 года во время отступления из России.

Именно тогда он показал себя несравненным мастером арьергардного боя и вслед за Ланном заслужил в устах Наполеона звание «храбрейшего из храбрых». Так же как и в сражениях у Смоленска и Бородино, он вновь оказался героем, но уже не наступления, а, по образному выражению С. Уланенкова, «героем обратного движения Великой армии».

Обстоятельства вывода Неем из России остатков третьего корпуса Великой армии выглядят поистине фантастичными. Да и сам он, защищая арьергард армии, перестает быть только исполнителем чужих приказов, а берет всю инициативу на себя. Маршал, всегда отличавшийся горячностью и нетерпеливостью, среди панического отчаяния и беспорядка, воцарившегося в Великой армии во время отступления, превращается в хладнокровного и решительного военачальника, способного выйти с честью из любого затруднительного положения.

Причину такой перемены граф Сегюр объясняет просто: «Ней понимал, что кому-нибудь нужно было быть козлом отпущения, и добровольно принял на себя опасность, взявшись бессменно защищать арриергард армии».

О самоотверженности и железном характере, проявленных маршалом при отступлении из России, свидетельствует рассказ одного из очевидцев тех событий: «Русские приближались, прикрываясь лесом и нашими оставленными повозками, откуда расстреливали солдат Нея, ударившихся было бежать, – когда маршал, взяв ружье, бросился к ним и повел в битву, завязал перестрелку, не щадя себя – точно он сам не был отцом, мужем, точно он не был богат и знатен, не был уважаем… Оставаясь солдатом, он не переставал быть генералом: пользовался местностью, опирался на пригорки, прикрывался домами.

Этим он дал армии 24 часа отдыха.