Троица

Он не смог смириться со смертью своей жены, он просто не мог жить без неё. Он взял в руки пистолет и сделал то же самое.

Я в это время облетал границы нашей территории на вертолёте. Я всегда это делал, только так можно было отпугивать от наших владений наших же собственных «детишек», а иначе они могли выжить нас и захватить владения. Когда я вернулся и обнаружил их тела, меня охватила жуткая тоска. Я остался один, совершенно один среди миллионов дикарей. Я похоронил Адама и Еву рядом с домом, в саду, распустил весь так называемый зоопарк, просто открыл клетки и загоны и выпустил всех животных на волю, потом сел в вертолёт и улетел на юго-запад – в сторону Греции.

Я не мог оставаться здесь, в этом доме, продолжать жить там дальше, как ни в чём не бывало. Было это за двадцать семь тысяч лет до рождества Христова.

Я долетел до полуострова Айон-Орос в Греции и поселился у подножия горы Афон, на берегу Эгейского моря. Я создал небольшой домик на побережье и стал жить отшельником.

И в дальнейшем оказалось, что я сделал правильное решение, покинув Крым. Через некоторое время после моего переезда, во всём Северном полушарии начался ледниковый период. Почти вся Европа и бо?льшая часть Азии и Северной Америки на протяжении пятнадцати тысяч лет была под ледником. Так что, неизвестно какая бы участь меня ждала, если бы я остался в Крыму. Хотя на Афоне тоже было не сладко, почти по пол года там была настоящая зима с морозами и снегом.

Но вот примерно за десять тысяч лет до рождества Христова началось потепление. Ледники стали таять, их границы начали отходить на север, а уровень воды в мировом океане резко поднимался. Я понял, что начинается тот самый, так называемый, Библейский потоп. Вместе со мной на полуострове жили и другие люди, летом иногда я их видел, когда облетал свои владения. Я понял, что должен найти Ноя и его семью. На полуострове действительно жил один Ной со своей семьёй – женой и тремя сыновьями.

Я пришёл к ним домой и сказал им, кто я такой и, что в скором времени произойдёт. Они меня не испугались, слушали меня внимательно до самого конца и, когда я предложил им спасение на ковчеге, с радостью согласились.

Я отвёз их на Афон, на самую вершину, создал ковчег, оставил им кучу еды и воды и велел оставаться здесь, возле ковчега, и ждать. Самое сложное было привезти всех животных, на это у меня ушло несколько лет.