Ник. Чародей. Том 2

Я молча смотрел на него, не подтверждая и не опровергая его слова.

Дорникус внимательно посмотрел на своих товарищей и повернулся ко мне:

– Я так понимаю, ллэр, вы не настаиваете на этом решении?

– Совершенно верно. Я даю вам возможность реализовать себя в другом деле, а воспользоваться этой возможностью или нет – ваш выбор.

– Хорошо. Какие условия?

– Все просто. Чтобы вы не считали меня эдаким добрячком, пятьдесят процентов с дохода идет мне. Будете откладывать эти деньги на счет в даймонском банке на мое имя.

Я знаю, что они дают такую возможность. – Я мельком глянул на Карину, и она кивнула, я уже консультировался с ней на эту тему. – Кроме основной схемы с завязкой на ауру у них есть еще другая – я называю свое имя, они задают секретный вопрос, я говорю ответ. И все. Даймоны дорожат своей репутацией, человеческому банку я бы не доверился в таком деле.

Действительно, стоит служащему банка дать эти «реквизиты» своему родственнику или другу, и тот спокойно сможет снять мои деньги в другом отделении.

Но нет, как я сказал, даймоны в этом деле болезненно щепетильны.

– Я вам дам амулеты, которые будут преобразовывать одежду и создавать переговорники, так что искусники не понадобятся. О каждом новом созданном амулете я буду знать. Это не угроза. Вполне возможно, мы никогда больше не увидимся, но мне бы просто хотелось посмотреть, насколько честность – привлекательная штука, и может ли она преодолеть жадность, – улыбнулся я.

Дорникус хмыкнул:

– В любом случае отказываться от такого подарка мы не будем.

А уж как воспользуемся… Вы узнаете. На какое имя откладывать вашу долю?

Я слегка задумался, мысленно пожал плечами. Пусть будет другое имя, не то, которым я сейчас пользуюсь. Для банкиров это не имеет значения, хоть лошадью назовись, а если мое текущее имя выплывет – не хочу, чтобы каким-то образом его связали с тем счетом.

– На имя Ник Админ Рутович. Вопрос такой: «Куда идем мы с Пятачком?» – сказал я на русском. И на русском же продолжил: – Ответ: «Большой-большой секрет».

Запомните?

Дорникус прикрыл глаза и проговорил неизвестные ему фразы. К счастью, фонетика местного языка не сильно отличалась от русского, так что с десятой попытки у него получилось довольно четко и почти без акцента. Боркус и Кирин тоже повторили. В любом случае мне это понадобится только в первый раз – а там счет можно будет конкретно привязать на себя. И вообще я это делал просто потому, чтобы как-то обосновать свою щедрость, да и на всякий случай.