Сказание о наших готских предках

Все это указывает на поспешное бегство.

Возможно – на бегство перед лицом внезапно появившихся в городе врагов. Вероятно, построенная при царе Скилуре мощная крепость была взята не правильным штурмом, после долгой осады, а хитростью или с налета. Неаполь Скифский пал в IV в. п. Р.Х. Враги – аланы или гунны – видимо, явились неожиданно, без объявления войны, без стычек в подожженных городских предместьях (или, как говорили у нас на Руси – посадах). Нежданно и негаданно. Свалившись скифам, как снег, на голову.

Именно такой «блицкриг» был излюбленным способом ведения войны степными конниками – «орками-кентаврами» из кочевых племен. Не имевшими ни стенобитной техники, вроде таранов, виней, осадных башен-гелепол и т.д. Ни «артиллерии» – метательных орудий, вроде катапульт: баллист, карробаллист, онагров, скорпионов. Ни навыков, необходимых для обращения с осадными машинами. Ни терпения для взятия вражеских твердынь измором. И умевших брать города лишь одним способом. Проскакать, пригнувшись к конской холке, через открытые городские ворота мимо ошеломленной стражи. И выпрямиться на спине лихого скакуна, лишь оказавшись в самом сердце города. Когда страх при виде внезапного появления «всадников ниоткуда» уже овладел сердцами горожан, лишив их воли к сопротивлению.

Истина, скрытая в могилах

После трехсот лет активных и все-таки скрытых от мира действий и передвижений готские мигранты дошли, наконец, до Евксинского понта.

Успели смениться семь поколений готов, выступивших в поход в поисках новой родины, так и не обретенной ими, прежде чем восьмое поколение, наконец, достигло берегов далекого южного моря. Которое, возможно, большинство из странствующих готов считало сказочным, а не реально существующим. Или путало его со Средиземным морем. После казавшегося бесконечным пути через необъятную Восточноевропейскую равнину, широкие, бурные реки и безлюдные степи, их взорам предстало желанное теплое море. Море, о котором сообщали купцы и разведчики. Морское побережье с большими, хорошо укрепленными портовыми городами. Море, по которому в припонтийские гавани то и дело приплывали корабли изо всех градов и весей Римской «мировой» державы. Море, способствовавшее благорастворению воздухов и произрастанию плодов земных, выражаясь языком христианских священников и проповедников. И позволявшее собирать на землях Припонтиды богатый урожай.