Исходная точка интриги

За спиною Панина стояли многие недовольные возвышением Орловых. В первую очередь – немцы, стесненные при императрице Елизавете Петровне и поднявшие голову при кратком царствовании Петра III – как все вполголоса говорили – убитого Орловыми, чтобы занять его место.

А кроме того, Панин опирался на масонов… Потемкин слышал о масонских ложах, но не принимал их всерьез. А масонство, конечно же, не такая уж и безобидная игра; говорят, Панин записал в ложу и наследника престола великого князя Павла Петровича… Игра, потеха царя Петра кончилась потешным войском, победившим стрельцов, им потом, наигравшись, рубили головы совсем не потехи ради…

За Паниным большая сила… Тогда, во время переворота, Екатерина по сути дела обвела его вокруг пальца… Второй раз такое не пройдет…

Турецкая война на руку Орловым.

Гришка Орлов, после победы своего брата над турецким флотом в Чесменской бухте, выступил на заседании Государственного Совета с планом «константинопольского похода». Завоевание Стамбула-Константинополя вознесло бы Орловых на недосягаемую высоту – как тогда Екатерине не сочетаться браком с прославленным героем, кто тогда оспорит первенство Орловых в государстве, у трона – и почему бы тогда Григорию Орлову не занять этот трон рядом с великой монархиней?

Но прежде еще нужно взять Стамбул-Константинополь. Путь к нему преграждают полчища турок и десяток крепостей. Возможно, все это и по силам русской армии под командованием Румянцева.

Только станет ли Румянцев проливать кровь, свою и своих воинов, чтобы возвести на престол бесшабашного гвардейца Гришку Орлова, пусть себе и украшенного графским титулом, давно ли этот граф шатался по дешевым кабакам…

Таким образом, нужно понимать, есть и третья партия. Партия Румянцева. Румянцев последним из русских подданных принес присягу императрице Екатерине II Алексеевне. И это не случайно. Внебрачный сын царя Петра I, Румянцев, смирял себя и перед императрицей Елизаветой Петровной, и перед императором Петром III – он как-никак прямой внук Петра Великого, его, Румянцева, сводный племянник.

Но служить невесть откуда взявшейся заезжей блудливой бабенке и разгульным «аматерам» ее прелестей, ему, все-таки сыну царя, первому русскому полководцу, не пристало.

Родная сестра Румянцева, графиня Прасковья Брюс, которую он недолюбливал за тот же бабий блуд, ходила в лучших подругах у нынешней императрицы.