По волнам жизни. Том 1

Уже подростком, живя в одном из выходивших на эту площадь домов, я устраивал себе развлечения. Ходил я неплохо на высоких, саженных ходулях. Выйду, бывало, темным вечером на площадь, обопрусь о телеграфный столб…

Вдали слышится скрып возов. Приближаются…

Сбрасываю внезапно, от головы вниз, сколотые простыни. Иду на возы…

Визг баб… Рев детей… Перепуганные казаки гонят вскачь лошаденку, куда попало.

Здесь же происходили смотры казачьим полкам, устраивались и джигитовки.

За площадью этой, в сторону Кубани, была еще старая «крепость».

Она когда-то защищала столицу переселившихся на Кубань черноморцев от нападений черкесов. Помню еще существовавший крепостной вал, а посреди крепостной территории деревянную церковь. Это была первая церковь, построенная казаками на Кубани. Называлась она собором[42 - Имеется в виду шестиглавый войсковой Воскресенский собор.], хотя в городе существовал уже и другой, новый собор – на Красной улице.

На моих глазах этот старенький собор и разбирали. Больно было смотреть, как церковь таяла, обращаясь в кучи бревен и досок…

На большую площадь выходил сад, сначала называвшийся «войсковым», а позже ставший «городским».

От детства сохранился в памяти куплет из «Орфея в аду»:

Когда я был аркадским принцем,

По Красной улице гулял,

И, направляясь к богадельне,

В сад городской я вдруг попал[43 - В оперетте французского композитора Жака Оффенбаха «Орфей в аду» (либретто Г. Кремье), впервые исполненной в Париже в 1858 г., а в России – в 1865 г. (в переводе-переделке В.

А. Крылова; изд. – СПб., 1866), каждый куплет Стикса (в прошлом – короля Беотии, поступившего после смерти в лакеи к Плутону), переименованного переводчиком в Ваньку-Стикса, начинался словами: «Когда я был аркадским принцем».].

Хорошо там бывало, в этом городском саду, на широчайших – как казалось в детстве – аллеях, на площадках, где гремела по вечерам казачья духовая музыка, в таких удобных для детских игр густых порослях между аллеями… Радостно было обнимать развесистые вековые дубы.

Для их обхвата сплетали свои вытянутые руки пять-шесть ребятишек…

Под одним из вековых дубов, у старого «собрания»[44 - Имеется в виду войсковое собрание Кубанского казачьего войска.], обедала когда-то – так гласила легенда – «сама императрица Екатерина», которая, между прочим, здесь никогда не бывала.

А войсковые празднества! А благотворительные «народные гулянья»!

Аллеи из акаций разукрашены гирляндами разноцветных бумажных фонариков с огарками.