Нация. Грехопадение. Том второй

И это была не шутка, а ловко придуманная чиновниками психологическая мера успокоения людей, которая чётко работала, люди верили этой мнимой сентенции. Поэтому зачем было что-то менять на предприятиях и срывать планы, если достаточно было сказанных партийными чиновниками слов. Одним словом, разобравшись, в чём дело, в Красноярск Сомовы старались выезжать как можно реже, так как это всегда вызывало у Лизы, да и у Натальи, аллергические реакции. И эта осторожность оправдывала себя полностью, так как в результате они меньше обращались к врачам.

Но тем не менее все эти экологические неудобства имели место, раздражительность как была, так и оставалась, накапливаясь и выливаясь в определённый момент в длинный разговор между супругами.

– Пойми, Егор, я женщина, – говорила с каким-то отчаянием Наталья, – а не какая ни будь чайка залётная, которой достаточно долететь до воды ради пищи, а потом снова вернуться в «клетку», обнесённую колючей проволокой в пять рядов. Я не хочу жить на пределе своих возможностей, чтобы только следовать незыблемости обыденной жизни.

Сидеть за колючей проволокой – это не моя стихия. Да и о дочери надо подумать. Да, сегодня ей стало значительно лучше, но завтра, при такой экологии, мы не знаем, как будут разворачиваться события. Пойми, я не стремлюсь к чему-то невозможному, но жить здесь я не хочу.

И такие речи – откровения между супругами были не впервой.

Егор терпеливо выслушивал жену, во многом её понимая.

– Ну хорошо, хорошо, что ты предлагаешь?

– Я не знаю, но Сибирь – это не моё, понимаешь…

– Понимаю, но у нас здесь работа, квартира; неужели ты думаешь, что мы способны ещё раз всё бросить и уехать непонятно куда?

– Я ничего не думаю, просто я устала от всего этого.

– От чего – «от всего этого?». У нас, слава богу, всё есть! Ты посмотри, что делается в Красноярске: шаром покати, я не знаю – как они вообще там выживают? Мало того, что дышать нечем, так ещё магазины пустые – кроме хлеба, ничего нет, да и тот есть нельзя.

– Вот только не говори мне ничего про Красноярск. Если они так живут, значит, им нравится так жить в этой грязи, в этой копоти.

– Я сказал это для сравнения, не более.

– Ладно, давай оставим этот бессмысленный разговор. Я устала. И вообще я хочу спать. Спокойной ночи.

Наталья встала из-за стола и вышла с кухни.

– Спокойной ночи, – проговорил Егор, задумчиво посмотрев ей вслед.