«Ближние люди» первых Романовых

А уничтожена была назначением в полки после смерти царя Бориса Годунова в апреле 1605 года, за которым стоял Семен Годунов. И Басманов, как известно, оказался впоследствии самым преданным слугой самозванца….

Даже в Смутное время «ближние люди» никуда не исчезли из окружения царей, что говорит об устойчивости этого никем и никогда не вводившегося института, вытекавшего из одной лишь самодержавной природы управления Русским государством. Каждый раз оказывалось, что полная царская власть – еще и тяжелейший груз, облегчить который можно было с помощью преданных царю людей.

Кто-то из них становился более близок и нужен в управлении делами царства, чем все другие члены Думы. Кого-то отодвигали в тень, несмотря ни на какие государственные навыки и умения, «честность» и высокое положение рода. Первоначальная основа возвышения царских любимцев – личный выбор и склонность царя. Главными людьми во дворце становились те, кому была поручена охрана здоровья царя: постельничий, глава Аптекарского приказа, пробовавший приготовленные иноземными докторами лекарственные «составы» прежде царя и его семьи, охранявший царские покои начальник стрелецкой стражи. Но самой надежной основой близости к царю оставались родственные связи. Каждый новый брак царя вводил в состав боярской элиты новые рода. А дальше родственники вокруг трона начинали затяжную борьбу за влияние на царя, что и составляло суть «политической борьбы» при дворах русских царей.

Классический пример такого родственного возвышения случился во времена правления царя Василия Шуйского.

Рядом с ним оказался «ближний приятель» князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский, заключивший Выборгский договор со шведами о помощи в борьбе против самозванца Лжедмитрия II, освободивший Троице-Сергиев монастырь и Москву от тушинской осады в 1610 году[20 - См.: Леонтьев Я. В. «Ближней приятель, боярин и воевода»: М. В. Скопин-Шуйский и его армия. М., 2017.]. Правда, самым близким к царю Василию Шуйскому оставался всё же его родной брат боярин князь Дмитрий Иванович Шуйский. И когда внезапную смерть молодого князя Скопина-Шуйского связали с происками семьи царского брата (отравительницей молва назвала жену князя Дмитрия Ивановича Шуйского Екатерину, дочь Малюты Скуратова!), то рухнула и вся конструкция власти последнего Рюриковича из династии суздальских князей на русском троне[21 - См.: Козляков В. Н. Василий Шуйский. М., 2007 (серия «ЖЗЛ»).].