Ржев. Сталинград. Победа!

Редактор газеты как?то вызвал меня и говорит:

– Скоро очередной юбилей Победы – иди накопай что?нибудь весомое к этой дате, такое, чтобы сердце дрогнуло у ветеранов. Сам понимаешь, найти нужно интересное – ни у кого не должно быть подобного. Вроде как другим свой газетный «фитилек» подкинем, да и читателям дадим нечто памятное. Только смотри, без фронтовых баек, правдивое…

– А в какую сторону копать? – осторожно интересуюсь у руководителя. – Все ж, Григорий Иосифович, перекопано!

– Как же, перекопано… Вот ты, например, знаешь, где больше всего в годы Великой Отечественной войны советских солдат полегло?

– Где?.

. Под Сталинградом, наверное, – отвечаю ему неуверенно.

– Ну?ну, под Сталинградом. А вот и нет, – с торжествующим видом отвечает редактор и уточняет специально для меня, как будто он всю жизнь был не газетчиком, а историком: – Больше всего советских воинов погибло под Ржевом! Знаешь такой русский город?

– Вроде слышал…

– Слышал… – передразнил меня шеф, – а там, между прочим, больше двух миллионов человек было выбито из строя.

И фашисты около семисот тысяч своих жизней оставили. Но вот, как ни странно, о тех боях толком никто не говорит – Ржев как заколдованный. Другим городам дают всякие звания, а его долго «отодвигали» от настоящей боевой славы и большой народной памяти.

– Да ну? – уже по?настоящему удивляюсь я. – Что?то и впрямь не совсем ясно… – стараюсь понять замысел шефа.

– Вот и я говорю, что пока непонятно. А ты возьми эту информацию, как говорят, к размышлению и иди копай, пока не поймешь, что там, под Ржевом, случилось и почему.

Газетную полосу с твоим материалом об этих событиях планируем давать раз в неделю. С военными фотографиями, картами сражений…

– А как же другие задания? – пытаюсь намекнуть шефу о начальнике своего отдела, у которого к празднику на меня тоже имелись виды.

– С твоим начальником мы все обговорили. Ты же у нас единственный кандидат исторических наук в редакции или не так?

– Вроде так.

– Вот тебе и карты в руки.

Только не перепутай географические и боевые, – уточнил на всякий случай с хитроватой улыбкой редактор. – Захочешь, сможешь потом писать хоть детектив. Исторический. А сейчас собирай материал для очерков о войне…

Вышел я от Григория Иосифовича немного смущенный. Задание вроде как престижное – не всякому его дадут. Долгосрочное, неспешное – есть время хорошо подумать и поработать над материалом. А то ведь в газете все делается быстро, часто прямо в номер.