С утра до вечера

Он стал писать эротические стихи, которых сам стыдился и в конце концов сжег их.

Из Вячки-ребенка вырастал Вячка-мужчина.

Еще одно нехорошее воспоминание осталось у Вячки от этих каникул. Он научился пить вино. Правда, красное вино он уже и раньше пил. Когда учился в Б., старшеклассники как-то увели его от ворот гимназии в местечко Тересполь и там в грязном еврейском кабачке распивали красное вино и закусывали пряниками.

А теперь Вячку угощали в доме Чумакова настоящей водкой. И хотя она ему была противна, он пил, чтобы доказать, что он настоящий мужчина, о чем ему не переставал напоминать друг и приятель Чумакова, Г.

В конце каникул Вячка, списавшись с Соней, ездил в Варшаву, где она назначила ему свидание. Вячка приехал накануне, остановился у брата, а на другой день встретил Соню. Ей негде было остановиться, и она в от же день уехала обратно в Б.

Они с Вячкой очень сожалели, что свидание их продолжалось так недолго, но ничего сделать не могли.

Вячка узнал, что Соню не допустили к экзаменам в седьмой класс по настоянию мачехи, хотя она хорошо подготовилась за шестой класс. Провожая Соню, Вячка поцеловал ее уже не совсем обычным поцелуем. С каникул Вячка возвратился рано. Ему нечего было делать ни в К., ни в Островах.

До начала занятий в гимназии он много гулял с товарищами и с гимназистками.

Он был приятно удивлен: его песня распевалась на польском языке, под заглавием «Дарунек», что значит по-русски подарок.

Ее и по-русски пели русские гимназисты и гимназистки. Песня, оказывается стала популярной.

Только автора музыки Вячка никогда уже не видел. Говорили, что он переехал в город Радом и стал там главным органистом.

Имя Марьянского Вячка услышал больше двадцати лет спустя, как имя известного польского композитора.

3.

Как бы то ни было, Вячка гордился и за себя, и за Марьянского. И, хотя они не были всенародно признаны авторами распеваемой модной песни, Вячка был счастлив, как никогда раньше и сам постоянно напевал этот ставший модным мотив. Его напевали друзья и посторонние, его напевал даже брат Петр.

Некоторые товарищи Вячки, знавшие, что слова песни действительно сочинил он, горячо доказывали это, а также, что музыку написал Марьянский.