На своей стороне

Это вовсе не значит, что вы должны будете подрывать безопасность СССР и воевать против Красной Армии. Мы хотим обезопасить свою страну.

– По-другому никак? – Эйнари чувствовал, что уже сдается.

– По-другому? Нет, вы же не ученый, не писатель, не простой советский рабочий или почтовый служащий. Вы – офицер, к тому же красногвардеец, участник Гражданской войны, – Меландер решил бить безоговорочно. – Советское посольство совсем рядом. Ребенка и жену мы передадим консулам. А вас вынуждены будем отдать в руки финляндского суда.

Пусть они разбираются за преступления двадцать второго года. Поверьте, найдутся желающие отправить советского офицера на каторгу.

«С таким успехом можно было бы оставаться в Петрозаводске. Выбора, в общем-то, нет. Думал, будет по-другому… вот и рассказали мне, как это «по-другому», – Эйнари смотрел в пол. – Мало того, что убежал из СССР, так теперь еще и стану агентом финской разведки».

– Мы готовы дать вам время подумать, но недолго, – Ларс говорил очень спокойно, цели своей он достиг.

Красногвардеец, курсант Ленинградской пехотной школы, красный командир, капитан РККА, теперь сотрудник финской «буржуйской» разведки…

– Финской – все-таки не японской, – по-русски сказал Эйнари.

Лейно и Меландер переглянулись.

– Вы гарантируете безопасность моей семье и мне лично? – Хейкконен обратился на финском к Меландеру.

– Я, начальник Управления военной разведки, лично гарантирую, – ответил Ларс.

– Согласен, – выдохнул Эйнари.

– Наше сотрудничество построим следующим образом – несколько недель вы будете работать с офицером из отдела статистики. Сообщите ему все, подчеркиваю, все сведения о Красной Армии и НКВД, которые вам известны. Кроме того, у нас есть вопросы о военных объектах, расположении промышленных предприятий, строительстве дорог в соседней Карелии. Прошу дать наиболее полную информацию. В самое ближайшее время мы с капитаном Лейно позаботимся, чтобы вы и ваша супруга получили документы граждан Финляндии.

Сына необходимо определить в школу. Надеюсь, он умеет держать язык за зубами.

Эйнари задумался – все это время он больше беспокоился о жизни и смерти, о чести и предательстве, не отвлекаясь на бытовые вопросы. А ведь, действительно, его сын должен выучиться, жена должна что-то делать, надо устроить мало-мальский быт.

«Костик все это воспринимает пока с пониманием, но это может быть до поры до времени. Нет, конечно, сын отца не сдаст.