Вождь и культура. Переписка И. Сталина с деятелями литературы и искусства. 1924–1952. 1953–1956

К чему же создавать неудобства ради «формы»? Но, к сожалению, у меня так сложились обстоятельства, что мне пришлось ехать скорей в Москву. И не по личным делам. У меня их нет: я весь в своей работе. Даже когда я ковыряю пальцем в носу, то это не значит, что я только этим и занят, а не обдумываю, скажем, ответ на «особое мнение».

В постановлении ЦКК, как знак недоверия ко мне по вагонной части, предложено мне пользоваться вагоном только по «разовым мандатам». Против этого я категорически протестую, так как этим создается ненужная, формальная, отнимающая много времени, обременительная канитель.

У меня секретарей нет гонять каждый раз за мандатами. Да и вопрос о доверии не пустяк. Если ЦК утвердит вагон за мной, я просил бы об оставлении прежнего порядка пользования вагоном по постоянному персональному, на мое имя, мандату НКПСа. Иначе мне пользоваться им, в сущности, невозможно. Я никогда не буду гарантирован, что мой вагон «всегда готов», а не угнан в какую-либо поездку. «Постоянный» вагон с «разовыми» мандатами – это какой-то нонсенс.

С товарищеским приветом

ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ

4/???-25

P.S. Я прошу извинения, что я все-таки был пространен в письме, тогда как я мог в качестве ответа на «особое мнение» ограничиться просто ссылкой на нижеследующую давнюю мою басню, как будто специально написанную в предвидении казуса с вагоном.

КОНЬ И ВСАДНИК

Какой-то всадник благородный,

Покамест был он на войне,

Не чаял, кажется, души в своем Коне:

Сам по три дня сидит, случалося, голодный,

А для Коня добудет и сенца,

И овсеца,

Накормит вовремя и вовремя напоит!

Но кончилась война, и честь Коню не та:

Товарищ боевой двух добрых слов не стоит,

Иль стоит… доброго кнута!

Насчет овса уж нет помину:

Кормили вьючную скотину Соломой жесткой и сухой,

А то и попросту трухой.

В работе черной Конь в погоду, в непогоду

То тащит кладь, то возит воду…

Но подошла опять война,

И тощему Коню вновь почесть воздана:

Оседлан пышно Конь, причищен и приглажен.

Однако же когда, суров и важен,

В доспехи бранные наряжен,

Сел Всадник на Коня, Конь повалился с ног

И, как ни силился, подняться уж не мог.

– Хозяин! – молвил он, вздохнув: —

По доброй воле

Ты обратил Коня в забитого осла, —

Так не ищи ж во мне ты прежней прыти боле:

Нет прыти у меня: СОЛОМА УНЕСЛА!

1914

ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ

Необходимое пояснение.