Мариуполь. Назад в будущее

Виктор вернулся в спальню, сорвал листок календаря с цифрой 8. Сжав его в кулаке, присел на кровать. В его голове крутилась каша из бесполезных сведений. Он стучал себя по вискам, по щекам, судорожно пытаясь взломать мозговой центр памяти и вытащить из него хотя бы байт нужной информации. Но было тщетно. Его память словно болото: чем больше ты стараешься выбраться, тем глубже вязнешь.

– Ма, я к доктору пойду. Что-то нездоровится…

– Сходи, сынок. Я гляжу, ты совсем бледненький.

– А куда идти-то?

– На Больничную, там заводская клиника.

Доктор из нее был.

– Ладно, разберусь.

Виктор прилёг на кровать. И вновь заснул.

Глава 8

– Ну, так что, уважаемый коллега, будем предпринимать? – спросил доктор Мазай, глядя на молодого Маркевича.

– Нет у меня решения, точнее, я его не знаю. Возможно, это какой-то особенный случай, до сего момента наукой не описанный.

– Возможно. Но я вам вот что скажу. Мы с вами можем только наблюдать за динамикой процесса. И надеяться на чудо. Одному Богу известно, выживет этот молодой мужчина или преставится.

Ему уход нужен и постельный режим. Определю-ка я его в палату интенсивной терапии, у меня там уже есть пациент с ранением в голову, я вам про него ранее говорил. Понаблюдаем. Интересный случай.

Маркевич кивнул головой.

– Я поручил практикантке уход за тем молодым пациентом, – продолжал Мазай, – вот, значит, будет ухаживать за обоими. Ей в этом году в медицинский поступать, пусть набирается опыта. Вдруг решит, что это не её. Врачебное дело, коллега, сами знаете, не лёгкое.

Маркевич снова кивнул.

– Как его фамилия? – спросил Мазай.

– Не знаю, доктор. Нам его доставили на милицейской «буханке». Но там сидит его сослуживец, могу спросить, – Маркевич указал рукой в сторону коридора.

Мазай жестом дал понять, что это необходимо выяснить. Маркевич тут же выбежал в коридор, где находился Михаил. Выяснил всё, что было необходимо для госпитализации и вернулся в операционную.

– Стасенко Виктор Георгиевич, 12 мая 1974 года рождения, выпалил он Мазаю.

– Стасенко, говоришь? Олеся у нас тоже Стасенко. Однофамилец или родственник?

– Могу выяснить, сослуживец ещё на месте.

– Выясни. Скажи ему, пусть домой едет. Стасенко уже в палате. Успокой. Нечего тут ждать. Толку мало просиживать штаны. Сегодня как-то неспокойно в городе.

Маркевич снова преодолел операционную и, оказавшись в коридоре рассказал Михаилу о состоянии Виктора, выяснил затем всё, что интересовало Мазая, и вернулся.