Война на весах Фемиды. Война 1941—1945 гг. в материалах следственно-судебных дел. Книга 2

А. М. Филь в одном из своих писем сообщил С. С. Смирнову, что вскоре после этого Матевосян был тяжело ранен, отнесен в подвалы крепости и там скончался.

Однако Матевосян не погиб. 24 июня он действительно получил тяжелое ранение и был перенесен в подвал здания Инженерного управления, где 5 июля 1941 года был захвачен в плен, но вскоре бежал. Он продолжал бить врага в партизанском отряде, а в 1944 году снова был мобилизован в Красную армию и дошел до Берлина. Утверждают, что Матевосян в конце войны был даже представлен к званию Героя Советского Союза, но представление не прошло все инстанции по причине его нахождения в немецком плену.

Журналисту Я. Юферевой С. М. Матевосян рассказывал: «Не жизнь была после войны, а наказание. Бывшим пленным нигде работу не давали. Поехал в Москву, один большой начальник-фронтовик помог устроиться в геологоразведочную экспедицию. У меня собачий нюх. Из 28 разведанных выработок 19 дали положительный результат. А у геолога даже если на 20 экспедиций одна дает положительный результат, и то счастье»[6 - Очерк Я.

Юферовой «Борьба с героем» в газете Trud.ru №112 от 21 июня 2000 (http://www.trud.ru/trud_nomer.php?id=20000621) г.].

В 1954 году Матевосяна разыскал в Ереване С. С. Смирнов. В эти годы он возглавлял изыскательскую геологическую партию, занимавшуюся разведкой полезных ископаемых в горах Армении. В беседах они провели немало времени, потом побывали в Бресте. В своей книге «Брестская крепость» писатель посвятил Матевосяну одну из первых глав, которая так и называется «Инженер Самвел Матевосян».

Сам Матевосян тоже написал воспоминания о первом бое у стен крепости: «…Как только стало известно, что немцы находятся в центре крепости, комиссар Фомин приказал организовать ударную группу, атаковать противника, а частью сил занять оборону в Белом дворце (здание Инженерного управления – авт.) и ждать подкрепления. Наш 84-й полк по праву считался комсомольским, так как более 90% личного состава его составляли комсомольцы. Я обратился к присутствующим товарищам, напомнил им, что настал час выполнения воинского долга, что именно сейчас Родина ждет от нас верного исполнения нашей присяги.

И как только раздалась команда, буквально все выбежали вперед, в атаку, и тут, на рассвете 22 июня, я впервые увидел силу русского штыка. Когда мы прорвались к Белому дворцу, немецкая группировка, вооруженная автоматами и пулеметами, была расколота на две части, и в рукопашной схватке многие наши бойцы показали истинный героизм.