Сущность волка

Не будет ли Азербайджан новой горячей точкой, не принесут ли они сюда беду своим появлением.

Ответа на этот вопрос – он не знал.

– Неплохо выглядите, адмирал… – иронически сказал старик, показывая глазами на каскетку

– Приходится маскироваться. Здесь все крутится вокруг нефти и самый лучший способ не привлекать к себе внимания – это добывать нефть. Если ты добываешь нефть, то всех интересуешь не ты сам, а твои деньги. Вы уже заселились?

– Нет, я ненадолго.

– Отлично…

– Это и есть… ну, те птички, на которых вы летали в Абботабад?

– Ну, не конкретно эти… та птичка сейчас не работает.

Когда будет можно – ее выставят в музее. А это – несколько усовершенствованные варианты. Но мы ими не пользовались ни разу до настоящего времени.

– Почему?

– Нет смысла, сэр. Это страховка, не более. Рабочие пташки у нас – обычные Хипы, выкрашенные в цвета нефтяных компаний. Их тут много и они не вызывают лишних вопросов.

– Хочешь быть здесь незаметным – добывай нефть?

– Да, сэр…

Адмирал МакРейвен – выжидающе смотрел на министра.

Тот неопределенно повел глазами вокруг

– Здесь ведется прослушивание?

– Не думаю, сэр. Мне ничего об этом неизвестно.

– Тогда пройдемся.

Два человека с оружием направились было за ними, но адмирал махнул рукой и они отстали.

– Я смотрю, тут серьезно поставлено дело с безопасностью, адмирал

– По ту сторону границы – как минимум полк русского спецназа, сэр. Имеющего боевой опыт и воюющего постоянно. Это не говоря о других подразделениях, которые тоже имеют боевой опыт.

От Баку до русской границы – чуть более ста миль. И мы не можем быть уверенными в том, что русские не решат однажды наведаться сюда…

– Мы ведем войну не с русскими.

– Да, но русским на это плевать, сэр.

Они вышли на воздух – и жара, непривычная для этого времени года – окутала их влажным одеялом. Дышалось тяжело, пахло нефтью и выхлопом реактивных двигателей самолетов. Назойливый гул аэропорта – лез в уши.

– Вы, вероятно, гадаете сейчас, зачем я прибыл? – спросил министр

– Да тут и гадать нечего, сэр.

Та операция… черт, парни не виноваты. В конце концов, в любых операциях есть оправданный риск. И им пришлось принимать решение на месте. На мой взгляд оправданное решение. Что касается тех полицейских – они явно сотрудничали с местными экстремистами.

– Сотрудничали, адмирал… – сказал Аренберг – и вы даже не представляете, как…

– В конце концов, сэр, нам удалось чисто уйти.