И всё сначала

– Ты что, записалась в добровольцы? Ты спятила?!

– В чем дело? – я подняла голову, чтобы заглянуть в его глаза. Высокий, крепкий. Я рядом с ним ощущала себя хрупкой и уязвимой.

– Тут опасно, как ты не понимаешь?! Начнется война – будет ад. Зацепить может кого угодно! В том числе и тебя.

– Тебе-то что? – опешила я.

Он некоторое время молча вглядывался в мои глаза. Так странно. Будто замерзшие озера отражаются друг в друге. Потом устало провел ладонью по коротко стриженным волосам.

– Ты еще слишком маленькая, – сокрушенно покачал он головой.

 – Сколько тебе? Двадцать?

– Двадцать три, вообще-то. Я врач. Поэтому и нахожусь здесь.

– Глупая. То, чем ты занималась в больнице, просто цветочки по сравнению с огнестрельными ранениями. С ранениями от гранат. Раздробленные конечности, внутренности, смрад…

– Алекс! – Кажется, я назвала его по имени впервые. Он сжал челюсти и упрямо уставился на меня. – Я знаю, что меня ждет. Представляю. То есть… может, и не представляю, но меня уже просветили.

Не нужно считать меня дурой.

– Я и не считаю. Ты просто очень упрямая!

– Ты не лучше, – фыркнула я и скрылась в шатре.

Глава 5

Нам выдали оружие. Каждый из нас должен уметь обращаться с пистолетом, поскольку находились мы за пределами защищенного города. И хотя военные тщательно проверили территорию и заверили в отсутствии мутантов и зверей, мы должны были быть готовыми к нападению в любой момент. Сегодня мутантов поблизости не было, но они могли появиться рядом с лагерем когда угодно.

Периметр, конечно, патрулировали, но я все равно постоянно волновалась и то и дело оглядывалась, оказавшись за пределами госпиталя.

Шла подготовка к переговорам с Ником Престоном. Никто не собирался пускать его в лагерь, искали подходящее место поблизости. Война еще не началась, а у нас уже были раненые. В основном молодые солдаты, еще совсем зеленые и неопытные. Они часто калечились на тренировках. Приходилось обрабатывать раны, вправлять вывихнутые плечи или даже фиксировать переломы.

Я слышала, как Алекс ругался на новеньких, не скупясь в выражениях. Мы больше не пересекались с ним, я лишь видела его издалека. Но я знала, что он отчего-то был очень недоволен моим появлением здесь и даже просил Оскара отослать меня обратно в город. Оскар согласия не дал, заявив, что в случае хирургических вмешательств моя помощь ему очень пригодится.

– Он ревнует тебя, – заявила мне как-то Виктория за ужином.