Мой любимый грешник

 – Меня шантажируют, а мы до сих пор не знаем, кто за этим стоит! Мне нужно имя!

В этот момент Кирилл повернулся, увидел меня и поджал губы. Я пискнула приветствие и затопталась у порога. Разуваев махнул рукой и указал на стул. Я заняла положенное место и открыла ежедневник, делая вид, что меня очень интересуют записи в нем, а не крайне занимательный разговор любимого мэра.

– Вечером жду у себя, – буркнул Кирилл, заканчивая беседу. – И очень надеюсь, что к этому времени ты соберешь максимум возможной информации.

Он нервно дернул узел галстука, а потом чертыхнулся, снял его и отбросил на небольшой диванчик у стены.

– Кирилл Павлович, – настороженно начала я. Конечно, лезть во все его дела мне никто не позволит, но закрывать глаза на совершенно явные угрозы уже не выйдет. – Может, поделитесь, чего ждать от жизни?

Он занял свое место и устало потер лоб. Отчего-то стало его жаль. Но показывать это было ни в коем случае нельзя.

– Вот дерьмо, – выругался вдруг он. – Сплошные проблемы. Накинулись со всех сторон, мрази.

– Скажи, пожалуйста, что происходит. Я должна знать.

Разуваев закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Я не выдержала, встала за его спиной и положила ладони на его плечи. Начала массировать, а затем перешла на массаж головы. Чувствовала, что он начал расслабляться, задышал ровнее. Когда я закончила, Кирилл поймал мою ладонь и поцеловал.

– Спасибо, моя хорошая, – негромко сказал он и открыл глаза.

– Ну так что? Расскажешь?

– Ты же знаешь, недоброжелателей у меня полно.

– Скорее, сплетен, – буркнула я.

– Сказал, что мной активно интересуются. Те самые парни из Москвы. Которые в ресторане довели меня до ручки.

– Ты знаешь, что тот паренек, который сообщил Давыдову о происшествии в ресторане, мертв? – не выдержала я и впилась взглядом в лицо Разуваева.

Он поморщился и покачал головой, тяжело вздохнув.

– Я-то в курсе, а тебе кто сообщил? Костя?

Я пожала плечами.

– Сам знаю, что он. Больше некому.

– И что ты думаешь на этот счет?

– Что меня пытаются подставить. Кому выгодна его смерть? Будто бы мне. Но это вовсе не так. Ну, разболтал, так что ж теперь, жизни за это лишать?

– Но он мертв. И ты просил узнать его адрес.

– Стася, это было нужно для воспитательной работы, назовем это так. Вадим с парнями собирались паренька припугнуть, чтоб больше рот не разевал, где не нужно.