Ночь расплаты

Снова приехал Клинт Аткерс, который уже запустил систему для отбора. Сегодня должны были выбрать пары для предстоящего полета.

Я, Арчи и Дейв встали у дальней стены, сложив ладони за спиной. Напротив нас замерли три сына Правителя, при этом казалось, что они были взволнованы не меньше нашего. Татум отчего-то совсем не смотрел на меня. Впрочем, я подумала, что он вовсе ничего не замечает вокруг. Просто смотрит в пространство перед собой, о чем-то усиленно размышляя. Зато Брендон бросал на меня такие жуткие взгляды, будто это я придумала жестокую Схватку и заставила его принять в ней участие.

– Итак, – начал Клинт, поправив лацканы нежно-голубого пиджака, – начнем жеребьевку. Сейчас определится первая пара.

На экране отобразилось нечеткое лицо системы. Пара мгновений тишины, и механический голос равнодушно начал:

– Пара номер один. Кейн Барнс, Дейв Грин.

Дейв стоял рядом со мной, и я отчетливо услышала вздох облегчения. Кажется, парень считал, что Кейн – самый перспективный кандидат в победители.

И я склонна была с ним согласиться. Старший сын Элиота Барнса действительно всегда был довольно умным парнем, внимательным и уверенным в себе. К тому же отличался ловкостью и смелостью. Уверена, Дейв сейчас мысленно пляшет от радости.

– Замечательно, – прокомментировал Аткерс, сияя белозубой улыбкой. – Узнаем вторую пару и о третьей догадаться станет несложно. Что ж, продолжим.

– Пара номер два, – проскрипел неживой голос системы. – Татум Барнс, Арчи Уоррен.

Я на миг прикрыла глаза, чувствуя, как сердце упало в пятки. Тут же в кабинете поднялся шум. Показалось, что все заговорили разом, но громче всех кричал Брендон. Он выпучил глаза и явственно напрягал шею, когда произносил слова, тыкал в меня пальцем и вопил о том, что ни за что не сядет со мной в самолет, что все это подстроено, и отец решил таким изощренным способом избавиться от него. Бренд покраснел и отмахивался от пытавшегося его успокоить Кейна.

Я невольно перевела взгляд на Татума.

Он побледнел и растерянно замер посреди комнаты, даже не пытаясь пошевелиться. Посмотрела на Арчи. Он не сводил с меня напряженного взгляда, но стоило мне повернуться к нему, как он наклонился и шепнул:

– Я буду с тобой, Цили. Мы вернемся вместе.

Заставила себя выдавить слабую улыбку. Истерик Брендон, с которым мы невзлюбили друг друга с самого детства, вызывал у меня только одну эмоцию – страх за свою жизнь.