Время одуванчиков

Но я все равно прихожу сюда, когда мне плохо, или когда я в гневе – в эту единственную церковь в городе на Баранова, которую не закрыли и не снесли даже во время советской власти.

Я понял, что это нужно не когда я понял, что натворили мы, центровые. Хотя натворили мы многое – но… я не верю в коллективную вину, вина у каждого своя. Как и покаяние. Виноваты не мы, виноват – прежде всего, я. И только когда ты поймешь, что виноват именно ты – только тогда ты сможешь покаяться и Господь примет это покаяние. Без осознания именно своей вины – покаяния не бывает.

А второе что я понял – я многое натворил в своей жизни и в своей семье. И в этом – я виноват не меньше. В моей жизни было слишком много дурных примеров и слишком мало духовного руководства – и именно потому я выбрал разрушительный и антихристианский путь и в жизни и в семье. И теперь – пожинаю плоды всего этого.

Служба уже закончилась, я прошел знакомым путем, постучал в дверь. Услышал «открыто», зашел. Там был отец Макарий, настоятель. Он что-то читал, но отложил книгу, и теперь смотрел на меня.

– Я… я ударил Кристину. Сильно ударил – сказал я

– Расскажешь?

Я рассказал. Все как было. Отец Макарий выслушал, не перебивая. Потом спросил:

– Зачем же ты ее ударил?

– Это непросто.

– Но раз ты сделал, ты можешь и рассказать.

– Рассказать… она сказала о том, что дети может быть и не наши. Это… оскорбление для меня. Она пыталась меня оскорбить.

– Она оскорбила, – поправил отец Макарий

– Да, – согласился я, – оскорбила

– А если выяснится, что это так и есть? Они перестанут быть твоими?

– Да нет, конечно, – сказал я, – у меня и нет никого, кроме них.

– Это сродни эгоизму. Ты любишь их, потому что у тебя…

– Да – согласился я – наверное. Но дело не только в этом. Я люблю их за то, что они лучше нас с Кристиной. Умнее нас. Они не повторят наш путь, наши глупости. За это я их тоже люблю…

…

Как сказал о. Макарий – покаяние это не конец процесса. Это его начало. Ведь как говорит священник – иди, и больше не греши.

А это не так то просто – не грешить. Но можно хотя бы пытаться. Это тоже зачтется.

Из церкви – я поехал на загородную базу ФК «Металл – Белогорье».

Как все началось с футболом? Довольно банально – попросили помочь футбольному клубу и загибающейся от недофинансирования СДЮШОР советского еще разлива. Типа, социальная нагрузка на бизнес. Но там были и областные бабки, которые выделялись каждый год просто потому что должны выделяться. Я взялся.