«Свет и Тени» «Русского Марса» А. В. Суворова, его кумира, короля-викинга Карла XII и его врага, короля-полководца-музыканта Фридриха II Великого

убитыми и ранеными, к тому же, они лишились 6 знамён, 3 пушек…

Обе стороны заявили о своей победе: шведам удалось отбить нападение русских войск, русским – нанести поражение отряду К. Г. Рооса.

Не исключено, что на нерешительном для русской стороны исходе боя сказались следующие ключевые моменты: непродуманный состав русского отряда, когда в болотистой местности кавалерии было выделено больше, чем пехоты; и неправильное направление русской атаки со стороны села Доброе, поскольку Голицыну пришлось совершить две трудные переправы вброд, тогда как при атаке со стороны деревни Березка ниже слияния рек Чёрная и Белая Натопа пришлось бы переправляться только через Белую Натопу, по заранее построенному мосту.

И, тем не менее, М. М. Голицын показал себя умелым полководцем не только в бою с К. Г. Роосом, которому смог нанести поражение, но и тем, что очень вовремя вышел из боя (а это во все времена – очень сложный маневр!), чтобы избежать губительного для себя столкновения с главными силами Карла XII. Недаром Пётр за этот бой наградил Голицына орд.

В целом бой не отразился на общем ходе военных действий.

Однако он стал первой попыткой русских войск перейти в атаку против войск, возглавляемых самим шведским королём. Этот бой имел для молодой русской армии громадное моральное значение и, хотя бы отчасти, сгладил горечь поражения у Головчина. Русский царь после этой несомненной удачи под Добрым не мог отказать себе в удовольствии в словесной «филиппике»: бой под Добрым – «доброе» предзнаменование грядущего разгрома шведов.

В тоже время, рассказывали, что многие из шведского офицерства после этой неудачи начали задумываться о том, что же ждет их дальше. А наиболее прозорливые, как, например, Реншёльд (незадолго до русского похода получивший чин фельдмаршала), стали опасаться, что они уже никогда не возвратятся в Швецию живыми. Так или иначе, но они оказались правы: большинство из них на родину так и не вернулись; вернулся их король, но уже «голым королем» – без армии…

Тем не менее, русские продолжали с боями отступать.

Карл XII, преследуя русские войска, все больше уклонялся к югу от кратчайшей дороги на Москву через Смоленск. Пользуясь тем, что шведы проходили в сутки не более 6—7 верст, русский арьергард успевал оставлять противника без продовольствия и фуража.

…Кстати сказать, «оголожению» шведов в провианте и фураже в немалой степени способствовало и белорусское крестьянство, которое прятало хлеб (и др.