«Свет и Тени» французских маршалов времен эпопеи неуемного «генерала Бонапарта» (Тулон, 1793 – Ватерлоо, 1815): от Бернадота до Мармона

Вместо того чтобы начать бегство от русских, он, под влиянием безмолвного, но красноречивого взгляда императора, приказал батальонам гвардии выдвинуться вперед, а тяжелой кавалерии Мюрата начать стремительную атаку на русский центр…

Физическая выносливость Бертье казалась невероятной: он мог днями идти без отдыха, сохраняя, тем не менее, такую же ясную голову, как и в первые часы похода. Бертье обладал не только поразительной работоспособностью, но и почти неправдоподобной памятью, колоссальными административными способностями и, конечно, его совершенно особым талантом: общие указания командующего превращать в точные параграфы приказа.

Как начальник штаба армии, Бертье отвечал за организацию и содержание штаба, штат штаба, составление и передачу приказов в войска. Благодаря штабу, возглавляемому Бертье, Наполеон имел постоянную и быструю связь с командующими дивизиями и корпусами. Будучи аккуратным, методичным и пунктуальным во всем, что касалось работы штаба, Бертье содержал все в образцовом порядке и требовал, чтобы его офицеры действовали подобным образом.

Для бесперебойной и четкой работы штаба требовалось большое количество людей: офицеров, чиновников, адъютантов, секретарей. Ответственность всех этих людей была очень большая, поскольку именно от их слаженной и точной работы зависел исход не только сражения, но и всей кампании. Поэтому Бертье подбирал в свою службу людей не только талантливых в штабной работе, но и физически выносливых.

Во время военных действий приказы императора для командиров корпусов и дивизий посылались Бертье не с одним, а несколькими курьерами, чтобы до цели обязательно добрался хотя бы один посыльный, если бы остальные были захвачены неприятелем. Бертье следил за тем, чтобы донесение обязательно было доставлено до адресата, в этом был залог успеха всего дела.

…Между прочим, Наполеон, узнав при Ватерлоо, что начальник его штаба Сульт (Бертье уже не было в живых) послал к Груши всего лишь одного курьера с требованием немедленно идти на выручку, воскликнул: «Милостивый государь, Бертье направил бы сто гонцов!» И действительно, приказы, направляемые Бертье из императорской ставки командующим армиями и корпусами на отдельных театрах военных действий, не просто дублировались, но посылались в трех, четырех, а если нужно, то и в большем количестве экземпляров.