Письма из Карелии 1941—1944

Затем такой же водой побрился. Теперь чувствую себя уже более не менее ничего. Осталось только ненормальное состояние от беспорядочного сна. Сегодня мы делаем – кто чего хочет; завтра пойдем в баню, получим обмундирование и отправимся на место жительства.

Я разговаривал с зам. командира нашего батальона по политической части (очень культурный и славный человек). Он мне сказал, что, основываясь на сведениях, которые он получил в штабе Армии мы поедем на пароходе километров… на два меньше, чем четыре расстояния от нас до места жительства Мани Лосевой.

[5 - По-видимому, г. Электросталь.] Будем жить на материке, на берегу, а не на острове. Там у нас выстроен городок: бараки, клуб и т. д. Коечная система – у каждого койка, тумбочка. Будем 8 ч. работать, 2 ч. строевая и полит. подготовка. Жить будем на хозрасчете – получать зарплату с вычетом за питание ежедневных 5 р 25 к. Имеющие высокую квалификацию, напр. [неразборчиво] слесарь, говорит смогут заработать до 600 руб в месяц. Будем выполнять особое правит. задание. Нам надо к ноябрю построить нечто похожее на подземное сооружение за Обуховым. После выполнения этого задания поедем домой и нам зачислят как два года службы.

Все это неточно.

Чувствую себя я ничего. Смотрю на трудности философски – дескать это для вступления в жизнь очень даже полезно.

Ну пока. Моя писательское желание истощилось. Писал, что идет в голову. Не перечитывал. Много нескладных предложений – это ничего. Ничего не приукрашивал – как то не лежит сердце.

Пишу все, что в данный момент чувствую. Знаю, что ты там нюни не распустишь (извини).

Да, здесь очень много заключенных.

Ну, пока. Привет всем. Следующее письмо с места.

Целую крепко. Яша

Здесь нет ночи – все время день. Совсем не темнеет. Очень чудно.

4.

8 июля 41 г.

Здравствуй, мамаша!

Не знаю получила ли ты мое письмо, написанное на второй день войны, впрочем я не знаю получала ли ты и предыдущие, но, дело в том, что это письмо могло и не дойти, в связи с военным положением.

Я представляю себе твое беспокойство обо мне, ибо тебе было известно, что я нахожусь около границы.[6 - Согласно автобиографии, написанной Яковом в 1951 г., его первое место службы было на полуострове Среднем.] Должен сказать, что в нашей жизни после 22 июня ничего не изменилось: газет мы не видели с Мурманска, населения нет. Нам сообщили на митинге о войне, мы вылупили глаза, стали работать вместо 8 – 12 часов, а в остальном все по старому.