Жизнь Пифагора

Поэтому большинство современных исследователей считают науку о символах и работу с ними плодом примитивного мышления и вещью несерьезной. Однако символ и работа с ним имеют тысячелетнюю традицию (об этом можно прочитать у исследователя традиции Мирчи Элиаде). Символ, во-первых, отражал связь между священным и мирским, благодаря символам священное постоянно присутствовало в жизни человека. Во-вторых, символ имел много значений, одни из которых были тайными и сообщались при посвящении, а другие – явными и простыми, известными практически всем.

Например, треугольник одновременно может обозначать геометрическую фигуру, число 3, отражать триединство Единого Бога (Троицу) и т. д. И, наконец, через работу с символами в храмах Египта, в мистериях орфиков и в древних философских школах происходило развитие воображения ученика, позволявшее ему связывать свою смертную душу с бессмертным началом. – Прим. ред.], избрав способ, схожий с тем, с помощью которого обучали его самого в Египте, несмотря на то что самосцы с трудом воспринимали такой способ обучения и не усвоили его с пониманием и так, как должно. Так как никто не посещал его занятия и не стремился добросовестно к знаниям, которые он всяческим образом пытался привить эллинам, не презирая и не принижая Самос, потому что это была его родина, но желая, чтобы соотечественники почувствовали привлекательность наук если и не по доброй воле, то хотя бы только мысленно представили ее себе в процессе обучения, Пифагор, наблюдая, как один юноша, любящий гимнастику и телесные упражнения, с природным изяществом и грацией играет в мяч, и узнав, что этот юноша беден и нуждается в средствах, решил, что его легко удастся привлечь к знаниям, если предоставить ему в изобилии средства пропитания и избавить от забот о них. После того как юноша совершил омовение, Пифагор, вступив с ним в разговор, пообещал ему достаточное количество пропитания для поддержания телесных сил и свою постоянную заботу о нем, если тот воспримет от него за короткий срок, без труда и без перерыва в учении, не обременяя себя сразу всем обилием, некоторые знания, приобретенные им у варваров еще во времена его молодости, а теперь утрачиваемые из-за старости и забывчивости.