Звук натянутой струны. Артист театра «Красный факел» Владимир Лемешонок на сцене и за кулисами

Если семья и есть ячейка общества, то спектакль вселял в зрителя уверенность, что общество небезнадежно, раз в нем формируется личность с твердым нравственным стержнем.

Спектакль «Гнездо глухаря» стал стартом актерской карьеры Владимира Лемешонка. Роль Прова можно зачислить в десяток лучших, точнее, самых значимых и знаковых его работ. После армии, как и полагается, пошел новый отсчет биографии, а начало отсчету дала первая серьезная актерская удача. Наверное, это и повлияло на его восприятие «Красного факела» как родного дома и единственного театра в Судьбе.

Потом, и даже очень скоро, случатся проходные роли, вынужденные конфликты, горькое отчаяние, но всё решил первый аккорд.

С Валентиной Широниной в спектакле «Гнездо глухаря», 1979 г. Фото из семейного архива.

«Гнездо глухаря» было самым аншлаговым спектаклем в репертуаре театрального Новосибирска конца 70-х—начала и середины 80-х. За билетами в кассу «Красного факела» выстраивались очереди, и в них говорили о том, что надо успеть увидеть правду, а то снимут с репертуара.

И так целое десятилетие. Совдепия пала, а «Гнездо глухаря» продолжало волновать и будоражить. Лем посмеивался, что ему уже 30 лет, а он всё еще играет пятнадцатилетнего пацана.

Да и не одного. На волне успеха очередной режиссер Юрий Спицын поставил «Кабанчика», но, считает Лем, это был перепев старой темы для всех участников процесса, включая драматурга. Позже он назовет своих героев «гамлетами советских времен», а тогда журналисты окрестили их «типичными розовскими мальчиками».

Индивид иного склада явился из загадочной пьесы Карло Гоцци «Ворон». Принца Дженнаро играл совершенно другой артист, не иначе как двойник Лемешонка. Тихий, мягкий, осторожный, интеллигентный вьюноша никакого подвига не жаждал, к героическим деяниям склонен не был. Но фатум кидает тебя в пекло помимо твоей воли. Какое решение принять, если на карту поставлены и твоя жизнь, и счастье брата? Углубляясь в психологию персонажа, Лем искал в нем ростки сомнения; его интересовало, как человек выходит на поступок.

Они с режиссером Дмитрием Масленниковым придумали, что все действия Дженнаро продиктованы страхом. И тем душа его становилась чище, чем отчаяннее, шаг за шагом, юный принц этот страх преодолевал.

Работу именно в этом спектакле оценил отец. Если в «Гнезде глухаря» они были партнерами, то теперь он смотрел на сына как зритель и делал лестные для них обоих выводы. Поздравляя с премьерой, торжественно вручил ему блокнот.