Аргентум

Ресницы были от природы длинные и густые, пухлые губы, не большие глаза и вздернутый нос. Единственное, что всегда было при мне это бордовая помада. Точно не помню когда проснулась любовь к этому оттенку, но я и в правду чувствовала себя не ловко без ощущения этого цвета на своих губах. У каждого человека есть определенные комплексы, свои я покрывала бордовой помадой.

Захлопнув дверь, я пошла в сторону озера, в надежде встретить хоть какой-нибудь магазин. На ужин оставались одни хлопья, которые нормальные люди предпочитают, есть на завтрак.

Все запасы бабушкиного чая с бергамотом, я за три дня исчерпала. Поэтому, что бы ни умереть от жажды и голода, я впервые заставила выйти себя на улицу. Легкий ветер волок за собой пожелтевшие листья, которые ударялись беззвучно об воду. Мрачное небо дополняло таинственность и беззаботность этому городку. За все время, проведённое здесь, кроме моей новой знакомой я никого не встречала. Здесь, наверное, каждый чувствует себя свободным, принадлежащим только самому себе и это прекрасно.

Я дошла до не большой постройки, к моему сожалению это был не магазин, оглядевшись кроме летней, пустой террасы и самой постройки я нечего не увидела. Я вошла в бар, на черной, потертой вывеске виднелось неразборчивое название. Я вошла незнакомкой, в чёрном неприметном облике. Взгляды посетителей за маленькими столиками были направленны то на меня, то просто безжизненно блуждали по просторам не большого помещения напоминающего винный погреб. Барная стойка находилась в самом конце.

В полумраке виднелись только силуэты, и как бы я не пыталась разглядеть лица этих людей, все было напрасно. Они были ровно такими же незнакомцами, как и я.

Мужчина, стоявший за барной стойкой, был пропитан алкоголем. На вид ему было далеко за 50. Седые пряди и морщины на лице говорили о его возрасте, как о чем-то большем, чем просто цифры в его паспорте, а улыбка просвещала о том, что этот человек был рад каждому, кто приходил к нему в бар. Я пристально посмотрела на окружавшие его полупустые бутылки и указала на одну из не приметных бутылок, с синей лентой.

Все ещё ощущая на себе взгляды этих людей, мне приходится время от времени оглядываться. Люди в подобных городках не терпеливы, любопытны и жаждут знать все. Они пока не знают, зачем им это, но обладавшее ими любопытство явно держит власть над ними.

– Меня зовут Агнес Альмеро, – я протянула руку мужчине за барной стойкой, – Роза Альмеро была моей прабабушкой, – уточнила я.