Тривиа. История жизни Иоанна Крестителя

По мере приближения к великому городу, где он не раз бывал с родителями, юный Иоанн ощутил знакомое волнение. От одного взгляда на величественные крепостные стены, которыми был обнесен священный город, душу наполнили трепет и восхищение. Со всех сторон Иерусалим окружали высокие горы: с запада возвышался исполненный тайны Сион, Храмовая гора защищала город с севера, Масленичная – с востока, а на юге растянулся хребет у долины Еннома, который они сейчас пересекали.

На одном из западных утесов Иоанн приметил двух пастушков с отарой овец, голов в сорок.

Один из них, совсем малыш лет шести, стремительно оббегал отару, перепрыгивая через кусты фригана и покрикивая на изнуренных овечек. Все это явно забавляло его, а размахивание посохом превращало во всемогущего героя. Старший же мальчик, лет двенадцати, ступал медленно, отставая от отары, и пронзительно вглядывался в кресты вдоль дороги внизу. Его словно что-то тревожило или будило какие-то воспоминания, хотя картина была для него обыденной, повседневной.

Иоанна, также еще юного, смутили обнаженные и окровавленные тела мужчин, что висели на крестах. Он тут же вспомнил, как маленьким проходил с матерью по этой самой дороге. Она тогда сидела на ишаке, как большинство пожилых женщин в их караване из Хеврона, а он шагал рядом, испытывая дрожь от приближения к столице. Тогда он спросил у мамы:

– Почему они голые?

На что получил ответ:

– Чтобы им было стыдно перед всеми за их грехи.

– А что с их телами?

– Перед крестом они получают тридцать девять ударов плетью.

– Тридцать девять?

– Римлянам можно бить сорок, но один они обычно оставляют в знак милосердия.

Однако, в этот момент, не только кресты вызывали внутренний страх – боязнь неизвестности, уход от привычного. Это был даже не страх, скорее, робость предвкушения, отчасти даже приятная: ведь она предвещала новизну, приобретение опыта, о котором юноша давно мечтал.

После откровений матери Иоанн знал, что Бог придет в его жизнь. И вот, глядя на помпезные строения Иерусалима, он вдруг почувствовал, что совсем не безразличен Всевышнему, тот явно наблюдает за ним.

Иоанн ощутил некий загадочный взгляд с Небес, словно кто-то там имеет на него определенные планы и ожидания. Жизнь перестала быть скучной. Она наполнилась тайной. Сладкой тайной, которую молодой человек жаждал постичь.

При въезде в южные ворота города, Иоанн еще глубже ощутил в себе взрослость. В последнее время он вообще стал часто испытывать что-то впервые.