Стиг Ларссон: человек, который играл с огнем

Хольмер же считал, что это только увеличит риск, что улики, свидетели и убийца исчезнут.

Но в рукаве у Хольмера был припрятан туз. Он замышлял крупнейшую в истории шведской полиции облаву и уже выбрал для нее название: «Операция Альфа».

Подсказка Стига

Стокгольм, конец июля 1986 года

Конечно, Стиг не обратил особого внимания на короткое шведское лето. Правда, пару вечеров в начале июля, когда небо прояснилось после дождя, он прогулялся до «Т-Сентрален», главной развязки, вместо того чтобы сесть на поезд у городского совета.

Несколько глотков чистого стокгольмского воздуха с запахом зелени и дождя – и только.

Стиг придержал при себе несколько месяцев то, что знал о Викторе Гуннарссоне и ЕРП. Полиция, прежде уделявшая все внимание другой версии, теперь сама обратилась к нему с вопросами о правом экстремизме.

По дороге из «ТТ» он миновал три монументальных здания, где располагались органы шведской судебной власти. Каждое из них на свой лад доносило до обитателей страны мысль, что нарушать закон себе дороже.

Сперва он прошел мимо городского совета, где располагался также городской суд. Выстроенное в стиле национального романтизма здание напоминало средневековый замок с нарочито громоздкой башней в центре. Прямо напротив, через сквер, размещался старый главный штаб полиции. У штаба, возведенного в неоклассической манере несколькими годами раньше, чем городской совет, тоже была башня, но значительно тоньше, похожая на антенну, по которой судебные власти обращались напрямую к Богу.

Эти здания связывал подземный переход, который удачно прозвали Переходом вздохов, так как взятого под стражу подозреваемого проводили этим коридором в суд из штаба полиции и, уже приговоренного, обратно, в заключение.

Новое здание, построенное для полиции, примыкало к старому штабу. Способностью внушать страх оно превосходило и его, и городской совет. В брутальной стилистике семидесятых ряды непропорционально маленьких окон чередовались с темно-розовой поверхностью фасада, так что строение производило впечатление исполинского бифштекса с мраморными полосками жира.

Если облик этого сооружения не приводил преступников в смятение, значит, это и впрямь были отпетые негодяи.

Стиг уведомил регистратора о своем приходе. Пришлось подождать, пока к нему спустится офицер и проведет в глубину здания. Детектив Расмуссен тщательно записывал слова Стига, но сам проявлял к ним лишь весьма умеренный интерес. Стиг говорил, удивляясь, что ему не задают вопросов.