МКД

Она знала его еще «с горшка», и чуть ли не «с горшка» с ним дружила. Замечаний по поводу окурков Лиза Семену никогда не делала, видимо, потому, что считала, что «добрососедские отношения» намного важнее «незначительных» нарушений порядка в подъезде.

Когда как-то вечером к ней в картиру позвонила Герда и со слезами начала рассказывать ей что-то про Семена,– будто бы он грозился ее убить, и будто бы он подкарауливал ее во дворе и хотел с ней что-то сделать,– Лиза испытала досаду. Она никак не ожидала, что у Герды начнется вдруг помутнение рассудка, и не захотела ее «бред» слушать.

Чтобы дать Герде понять, что ее «занесло», Лиза начала непрерывно оглядываться на свою дверь. Но Герда все никак не уходила, и Лиза в конце концов сказала, что ей некогда, что у нее на плите перекипает суп.

Герда все-таки сразу не ушла, а начала узнавать, когда она может поговорить с ней поподробнее . Тогда Лиза назначила ей на завтра после 18-ти часов (как раз в это время ее не должно было быть дома).

В последующие дни Лиза сделала так, что по вечерам ее никогда не было дома.

Но в подъезде Лиза продолжала Герду все-таки встречать. При встречах она коротко с ней здоровалась и с озабоченным видом начинала рыться у себя в карманах. Выхватив из кармана какую-нибудь бумажку, она, хмуря брови, на нее взглядывала, а затем, будто бы найдя в ней что-то срочное, рысью неслась в свою квартиру.

Ее стратегия, как она заметила, принесла успех. Через некоторое время психоз у Герды видимо прошел, и из возбужденного состояния она перешла в нормальное.

Тогда Лиза начала при встречах с ней в подъезде свой шаг замедлять. Кстати, ей как раз потребовалось обсудить с Гердой и кое-какие коммунальные дела. Но Герда начала свой шаг, напротив, почему-то ускорять.

Лиза продолжала показывать Герде свое намерение возобновить общение, но Герда всякий раз здоровалсь с ней сквозь зубы и быстро уходила.

Однажды, накануне религиозного праздника, Лиза мыла пол на первом этаже, и увидев спускающуюся по лестнице Герду, опустила тряпку, поздоровалась, и доброжелательно на нее посмотрела (ведь в такой «знаменательный» день Герда должна была, наконец, прекратить дуться, и проявить, наконец, какие-то добрые чувства).

Но Герда, ни с того-ни с сего, вдруг сказала:

– Я тебе здоровья не желаю, а желаю, чтобы все мои болезни перешли на тебя!

Лиза строго ответила:

– Так говорить нельзя!

Но Герда отчужденно отвернулась и прошла мимо.