Зовущие к огню

Понятно, что и он себе мало что оставил, почти все отправил наверх…

Думаете, я от вас сочувствия жду? Да нет. Я на него права не имею. По совести – нас всех, Чикишева, меня, еще многих – надо расстрелять. По совокупности того, что мы сделали. Я вот только не пойму, как я вляпался в это за тысячу долларов. Ведь американцы – не мы, если узнают, что мы такое делали, вычеркивали за деньги террористов из списков – п…ц. Да и если в Кремле узнают – тоже п..ц.

А Чикишев – в своем уме. И в своем праве. Он мой начальник и тогда, и сейчас.

С той тысячи долларов начиналось мое падение, это были первые деньги, которые я взял. Тогда тысяча долларов была большими деньгами, особенно для нищего капитана. Во время 2-ой кампании я брал уже сотни тысяч и миллионы.

Потом тот же Чикишев вывел меня в действующий резерв, устроил в Газпром на зарплату с шестью нулями. Но за всё надо платить. Одно из правил системы – начальник за тебя свою ж… никогда не подставит. Его проблемы – это твои проблемы. И твои проблемы – это твои проблемы.

– Как же это случилось? – сказал я, пытаясь потянуть время.

– Как-как, какая разница? Проблему надо решать. Пиндосы или установили Оздоева или вот-вот установят. Надо их опередить.

Так и есть…

– С сегодняшнего дня ты отозван из действующего резерва. Официально до тебя завтра доведут, но я тебе сказал. Вылетишь в Дубай, Оздоев там.

– Который? – перебил я.

– Старший. По крайней мере, я слышал, что он там, координаты я дам. Надо узнать, где младший? И решить проблему, пока американцы до него не добрались.

Н-да… самое главное – не то, что нам угрожают атомным оружием, а то, что если Оздоева возьмут, то он может рассказать про эти два лимона.

– В Дубае проблему не решить.

– Решишь. Я позвоню… короче, тебе будет придана группа. Спецы.

– Боширов и Петров?

– Не хами! Проблему Оздоева надо решить. И старшего и младшего.

Я покачал головой.

– Что?

– Так нельзя.

– Как это понимать?

– Понимать так, что так нельзя.

Мы не найдем так Оздоева. Только проблем на загривок себе огребём.

Я в этот момент совершал по аппаратным меркам преступление. Перечил начальнику. Но сейчас мы все были в одной лодке.

Подельники.

И Чикишев это хорошо понимал.

– Что предлагаешь? – он снова отвернулся к лесу.

– Лететь не в Дубай, а в Грозный. Проблему Оздоевых должны решить сами чеченцы. Если его уберем мы – этого не забудут.

Чикишев подумал. Потом недовольно спросил.