Зовущие к огню

Мы давно знали друг друга, еще с тех пор, как он сидел резидентом в Грузии и спонсировал деньгами и оружием чеченских боевиков. Но это было в прошлом, а сейчас враги у нас были общие. Да и вражды особой в нашем мире, в нашем кругу не было – каждый служит Родине и получает приказы, которые и выполняет…

– Салам алейкум, салам алейкум…

Генерал выставил перед собой знакомую коробку, перевязанную лентой.

– Хаджи Бекир? – узнал я.

– Он самый дорогой, он самый…

– Все еще работают лавки?

– А куда им деваться…

Хаджи Бекир – так звали специального султанского повара по сладостям «шекербаши», который первым открыл собственную лавку сладостей в Стамбуле, это было еще в ХVIII веке.

Магазины сохранились до сих пор, их несколько и они до сих пор управляются поколениями той же самой семьи. Им предлагали открыть сеть и выйти за границу – они отказались. Так они до сих пор и работают – продают сделанные руками те же самые сладости, что когда-то ел султан.

– Ташакор, товарищ, ташакор. Не забыл мои вкусы…

Генерал улыбается в усы, хотя улыбка ничего не значит.

Его дедушка – был членом коммунистической партии Турции, другом великого Назима Хикмета. Я знаю это. И генерал знает, что я знаю.

Я поднимаюсь с кресла, разминаюсь

– Спина затекла, летел долго. Пройдемся?

Генерал Акар кивает – а его глаза шарят по самолету, натыкаются на полотно, которым отделена большая часть салона. Хрен тебе, глазастый ты наш. По всей твоей роже…

…

Спускаемся вниз. На фоне громадного Ил-476, переделанного в грузопассажирский – мы как букашки, как муравью.

Горят огни аэропорта, светится диспетчерская вышка. Вкусно пахнет авиакеросином. Совсем темно, поздний вечер уже, свет только от фонарей и прожекторов.

Мы идем в сторону тьмы…

Не торопясь.

– Турецкое правительство… – генерал говорит по-английски с сильным акцентом – выражает американскому глубокое сочувствие по поводу произошедшего. Мы никогда не поддерживали терроризм. Аллах никогда не поддерживал терроризм, джихад – это не война с женщинами, детьми, стариками.

Шариат запрещает делать то, что они сделали.

Я молчу. К Турции у нас давние и долгие счеты… и недавних тоже хватает. Лицемеры они, самые настоящие. Но сейчас как никогда остро встал вопрос – относительно того против кого дружить. Против американцев, конечно же. Потому на этом историческом отрезке мы вместе. Наверное.

Хорошо, когда есть против кого дружить. Хотя Ататюрк-два ни с кем не дружит, он всегда себе на уме.