Мятежный август

Сделав пару затяжек, он спросил:

– Это чего, опять?

– А хрен его знает?! – ответил Цаплин. – Но мне лично это не нравиться! Опять гайки закручивать начнут!

Редькин продолжал курить и молчать.

– Ты что молчишь Редя, что думаешь? – Толик пихнул его в ногу.

– Суки! Все-таки решились! Я так и знал, – тихо молвил Редькин.

– А, может, Горбач и не болен? А может они его, волки, того? – Толик вопросительно посмотрел сначала на Редькина, потом на Цаплина.

– Конечно, сволочи! Они чуют им все крышка! – громко крикнул от крана Барбос.

Из окошка раздачи продолжалась нестись отборная брань, пиво продолжалось разливаться в емкости.

– Давай! Забирай пяти литровку! Следующий! – кричал Барбос клиентам.

– Что будет! Что будет! Опять коммунизм, мать его! Нет, надо за рубеж сваливать! – запричитал Толик.

Редькин налил себе еще пива и сказал:

– Жалко, теперь, наверное, мой кооператив закроют. – Цаплин развернул бумагу, там лежала соленая рыба.

– Угощайтесь!

– Не лезет, сейчас пиво провалится, можно и пожрать.

После третьей банки ко всем вернулось хорошее настроение, тема того, что будет в дальнейшем со страной, была исчерпана.

– Ну, теперь можно и водки! – сказал Толик и похлопал себя по животу.

– Мужики давай возьмем литру и пошли ко мне домой. Посидим, моя-то к теще в Барнаул уехала, – предложил Цаплин.

Редькин молча кивнул и посмотрел на Толика. Тот, улыбнувшись, сказал:

– Да, может больше уже, так и не попьем! Пошли. Я тут одну хату знаю.

Торгуют по восемьдесят.

– Пошли. Спасибо Барбос. Давай доторговывай последним перестроичным, следующий завоз уже хунтовским будет! – мрачно пошутил Цаплин.

Все трое встали и вышли из ларька. Они направились к Цаплину, который жил недалеко. По дороге Толик забежал в подъезд одного из домов и через три минуты вышел с оттопыренными бутылками карманами.

У Цаплина дома была для обывателей этого района довольно таки приличная обстановка. Сказывалось то, что он был председателем мебельного кооператива.

Половину домашней обстановки он соорудил как это говорится на халяву. Вообще со стартом кооперативного движения Цаплин нажил себе довольно солидный капиталец и если бы не алкоголь…

Но Цаплин пил и попивал крепко. Из-за этого пошли скандалы с женой, дисциплина в кооперативе упала. Предприятие находилось на грани краха. Цаплин же от этого пил еще больше. Получался печально знаменитый русский замкнутый круг.