Мой личный штат Синема. Джармуш. Обзоры. Финляндия

Смотрит в окно отсутствующим взглядом и никак не реагирует на возвращение блудного Алоизиуса. Она молчит, но весь ее вид говорит о том, что она соскучилась, что ей очень одиноко и хочется тепла и ласки. Беспечный Олли лихо вытанцовывает под би-боп от Эрла Бостика и думает лишь о том, как здорово он будет смотреться в гробу в костюме-тройке. Он стоит перед зеркалом и начесывает свой кок, вставляет в рот сигарету фильтром наружу. Лила поправляет сигарету. Согласно философии Джармуша, сигарета – напоминание о смерти.

А сигареты у него есть везде – от Permanent Vacation до Paterson. Лила не препятствует стремлению героя к Танатосу, не навязывает ему свой Эрос, не просит, чтобы он привязывался к ней. Хотя, конечно, очень этого хочет. Отказ от секса – один из симптомов депрессии, один гигантский шаг в сторону Танатоса, к тотальному одиночеству, вселенской разобщенности. В «Вечных каникулах» нет секса, но есть наличие потребности в нем. Также там есть две богатеньких девушки – автоледи за рулем кабриолета и ее подружка (Сюзанн Флетчер). При другом раскладе с ней у героя могла бы получиться интрижка, но он не хочет ни к кому привязываться, поэтому просто угоняет тачку. Он непоколебим в своем выборе: саморазрушение, криминал, приключения, танатос. Далее следует скабрезная шутка разбитной негритянки Фелис Россер (регги-певица, музыкант, актриса, сотрудничавшая с художником Жаном-Мишелем Баския, пост-панк группой Bush Tetras, гитаристом Капитана Бифхарта Гари Лукасом): «А этот парень явно дикий, береги-ка свою задницу, а то он и до нее доберется». Понятно, что по степени целомудренности этот фильм мог бы соревноваться с советскими картинами, но говорить об отсутствии секса тут никак нельзя. Секс в картинах Джармуша – это нечто, что могло бы вернуть героя к нормальной устойчивой жизни. В этом его гигантское отличие от контркультурных картин 60-х и 70-х, где секс – вызов зажатому обществу. После порношика 70-х* подход Джармуша смотрится самым современным. Потому что путь трансгрессии известен дурной бесконечностью и тупиком: групповой секс – однополый – БИ – трансвеститы – BDSM – дальнейшее нарушение табу вплоть до самых тошнотворных способов – скука и тоска – возврат к целомудрию. Джармуш благоразумно избегает этого пути, в отличие от той же Лидии Ланч, соратницы по NO-WAVE-движухе. <…>.

В последующих картинах Джармуш разовьет свою мысль. Пожалуй, Stranger than Paradise – наиболее эталонная, стерильная от секса, лента.