Маленькая Троянская война. Новая мифология

»

Рядом с путешествующим певцом было тканое полотенце, а на нем кто-то позаботился о том, чтобы разложить буханку, немного мяса, лук и сосуд со свежим молоком. А он, не проявляя ни малейшего признака голода, предпочитает отметить событие, проявляющееся в доении овцы, как будто что-то великое совершается под убийственными солнечными лучами.

Под палящим солнцем появляется всадник, спускающийся с запотевшей лошади и посылающий вопрос домой и людям.:

– Кто здесь король Лаэрт?

Он, естественно, не может себе представить, что доят, одетый в простые и грубые одежды, был правителем острова.

Молодость и отсутствие жизненного опыта и чистая логика мешают его прозрению. Посланник с удивлением слышит, как этот слегка побелевший мужчина держит овечку виме в ответ:

– Это я, солдат. Что привело тебя ко мне и откуда ты взялся таким запыхавшимся?

– Из порта иду, царь. Я принес тебе приглашение из Илиона, столицы Троады. Мой правитель Приам приглашает короля Итаки Лаэрта на праздник в честь 20-летия его восшествия на престол.

Он посылает этот свиток как знак уважения и добрососедства – размахивает свернутым пергаментом.

– Хорошо, только закончу свою работу здесь. Мы рассмотрим это сообщение, но не сейчас. Иди во дворец, умойся, поешь и отдохни, а потом тебя вызовут, чтобы получить мой ответ!

Посланник куда-то уезжает, а один из местных приводит его лошадь по случаю. Доение заканчивается, как всегда, успешно, без осложнений, кто-то услужливо забирает овцу, другой берет ведро с молоком и разливает в вытянутые толпой глиняные горшки.

Все это символика, которая каждый год повторяется аналогичным образом, но таковы традиции, и они должны соблюдаться и сохраняться, что говорит отец сына:

– Чтобы народ уважал тебя, сын, ты должен делать то, что столетиями делалось под небом Итаки. Если ты изменишь обычаи, перестанешь выполнять ритуалы, однажды ночью ты окажешься с перерезанным горлом, и на твоем месте воцарится другой. Народы в своем собственном заблуждении считают, что таким образом они подчиняют своих правителей, пока последним совершенно ясно, кто что может, а что не может.

Поэтому это заблуждение следует питать и оберегать, чтобы не проснулся Спящий лев.

– Ты Льву этому народу говоришь? – реагирует Одиссей – глядя на них, какие они кроткие, как только что доенная овца, мне ни в чем не подобает хищного зверя, как лев.

– Не смотри на них сейчас! Ты понятия не имеешь, какой стихией является разъяренная толпа.