Шолохов. Незаконный

Дроздовы имели лошадей, пару быков, корову, 30 десятин земли; жили крепкой казачьей жизнью. Их крытый камышом курень делился на две половины. В половине Дроздовых – земляной пол, русская печь, стол и лавки во всю стену. Вторую половину занимали Шолоховы. Дроздовы предоставили квартирантам мебель: стол с деревянными лавками, посудный шкаф с застеклёнными дверцами, деревянные кровати, сундук. Дом был на высоком фундаменте, с низами. Во дворе стояла летняя кухня, сложенная из мела и крытая соломой, котухи для скота, дровяной «костёр»; усадьба была огорожена стенкой из камня-плитняка.

При доме имелся сад, в конце сада бил ключ.

Живший по соседству Иван Алексеевич Сердинов, работавший на плешаковской мельнице, дом свой купил в 1916 году у тех самых Мельниковых, которые поначалу сдавали комнату семье Шолоховых.

Павел и Алексей тоже участвовали в войне и вернулись домой в конце 1917-го – после того, как 21 ноября большевики заключили с немцами и австрийцами перемирие.

Павел заслужил на войне чин хорунжего и два Георгиевских креста. Жена его была хороша собой, но, пока мужа не было, – вроде как погуливала. Здесь, конечно же, сразу видится готовый подмалёвок к судьбе Петра Мелехова и жены его Дарьи.

Характерно, что Шолохов в который раз стремится сохранить хоть какую-то сцепку героя и прототипа, дав последнему имя, начинающееся с той же буквы. Дарья из романа и жена Павла Дроздова Мария носят имена на первый взгляд несхожие, но здесь стоит вспомнить, что в быту казаки использовали форму «Марья».

И здесь уже окликаемая мужем или снохой «Дарья» из жизни и «Марья» из романа – сразу сливаются воедино.

У младшего, Алексея, с женой отношения были сложные: не слюбились. И здесь мы наблюдаем отзвук судьбы уже Григория и его Натальи.

* * *

Одна из дочерей Михаила Дроздова вспоминала: «Миша Шолохов, помню, ходил зимой в зипуне ниже колен. Кушаком его мать подвязывала, а он не хотел ходить в нем: зипун был домотканый, плохой вид имел, но шерстяной, тёплый, а Мишка не любил его, жарко в нём было бегать.

Наиграется, возьмёт зипун за рукав и тянет за собой, когда домой идёт».

Весной отец огородил мельницу ольховым штакетником, расстроил подсобки и приступил к строительству дома – прямо в мельничном дворе мельницы: круглый, 12 на 11 метров, крытый жестью. По замыслу, одна часть дома должна была служить конторой, а вторую Шолохов хотел отделать под жильё.