Шолохов. Незаконный

Царила в известном смысле архаика, таившая при этом огромную традицию древнего уклада – всё то, что в конечном итоге и породило шолоховский эпос.

В составе имперской армии казачество до самого последнего времени являлось стремительной и яростной составляющей – кровь всё-таки брала своё! – но само по себе составить конкуренцию пусть даже недавно созданным красноармейским соединениям, имеющим помимо бронепоездов и артиллерии сильный центр и политическое управление, казаки уже не могли.

Да и не слишком хотели.

* * *

29 января Каледин собрал заседание правительства в Новочеркасске и объявил, что для защиты Донской области от большевиков на фронте нашлось лишь 147 штыков. Он посчитал личным позором «отказ казачества следовать за своим атаманом» (цитата из его письма Алексееву). Снял с себя полномочия войскового атамана и в тот же день, оставшись один, выстрелил себе в сердце.

Большевики не скрывали ликования. «Правда» писала в те дни: «Борьба клонится к концу».

Правительство Войска Донского, шокированное самоубийством Каледина и напуганное стремительным продвижением красных, почти в полном составе оставило Новочеркасск и бежало.

Красные части начали наступление на Верхнем Дону. 5 февраля 5-й Курский пехотный полк второй бригады Инзенской дивизии вошёл в станицу Еланскую. Перейдя Дон, красные заняли Плешаков и близлежащие хутора. 6-го февраля пошли дальше, оставив Плешаков в тылу.

Предводитель Добровольческой армии Лавр Корнилов принял решение уйти на Кубань.

Добровольческая армия двинулась в свой февральский Ледяной поход.

В первый же день выяснилось, что казаки не желают предоставлять отступающим частям ночлег. Помимо надежд на большевистскую власть, обещавшую казакам земли, имелся и ещё один немаловажный момент, объясняющий происходившее.

Натерпевшееся от разнообразной муштры за годы германской войны, казаки с особой неприязнью относились к офицерству, особенно дворянского происхождения. Между тем из 3700 бойцов Добровольческой армии 2350 были офицерами, в том числе 36 – генералами, а 242 – штабными офицерами, из которых более двадцати – офицерами Генерального штаба!

Легендарный Ледяной поход выявил, помимо очевидного мужества его участников, ещё и болезненный разлад между простонародьем и «белой костью»: день за днём, во всех станицах, где проходило белое воинство, казаки и тем более крестьяне встречали добровольцев настороженно либо враждебно.