Ближний круг. Пятый роман эпопеи «Противостояние»

После окончания всего этого дерьма служил всегда за границей и на приличных местах: Западная Германия, Южная Корея. Год в Брюсселе, в аппарате НАТО. На данный момент – десятая горная, прикомандированный офицер разведки.

Разведен. Супруга с сыном осталась в Западной Германии. Лист стандартной контрразведывательной проверки ФБР – проводилась два года назад. Совершенно надежен… симпатий к коммунистам не испытывает… даже отметили, что не злоупотребляет спиртным. В армии это редкость, бухают только так… впрочем, и в ЦРУ бухают.

Тот же Эймс – его ведь из Мексики вытурили за пьянство, надо было выгнать паразита…

Пробежав документ по диагонали – Авратакис второй раз начал читать внимательнее – такой у него был стиль знакомства с документами. Заметил две дыры в биографии. Первая – Вьетнам. С семьдесят первого по семьдесят пятый год, почти никаких записей – но в это же самое время награжден Серебряной звездой – очень высокой наградой. Но это все понятно, какое-то спецподразделение, действовавшее под руководством ЦРУ, в министерство обороны просто не сообщали о том, что делают эти парни, вот и все.

Это подтверждало то, что полковник не просто так подошел к нему в коридоре Пентагона, он и в самом деле может чертовски хорошо помочь. А вот второй провал… тот самый перевод в штаб НАТО, по некоторым признакам, Авратакис понял что это – фальшивка. Уж не участвовал ли полковник в программе Гладиатор – программе подготовки тайных террористических организаций на территории стран членов НАТО, которые должны были быть активированы в случае перехода страны под власть коммунистов или попутчиков коммунистов – по любой причине. Этакая система круговой поруки – на крови.

Тем более что год – семьдесят девятый – весьма примечательный, это год когда чудом, в том числе и с использованием убийц Гладиатора – удалось предотвратить коммунистический переворот в Италии.

Как бы то ни было – досье явно говорило о том, что Гаса Авратакиса в коридоре Пентагона остановил человек, который мог знать очень и очень многое.

Спецпредставитель директора ЦРУ – а он все еще занимал эту должность, никто его с нее не освобождал – достал из гнезда рдяно тлеющий прикуриватель, поднес к краю бумажного листа. С интересом понаблюдал за тем, как серая бумага чернеет на месте соприкосновения с раскаленной сталью, потом начинает дымиться, потом миг – и вот у тебя в руках уже танцует пламя. Когда пламя начало обжигать руки – он бросил бумаги на асфальт, подождал, пока они догорят.